Заучка на тропе любви

Подтянутый, широкоплечий, с ежиком тёмных волос и опасным взглядом тёмно-серых глаз.

Он внезапно повернулся и подмигнул:

– Нравлюсь? – прочитала я по его губам и расплылась в ответной улыбке.

– Размечтался, – ответила едва различимым шёпотом и вернула внимание господину Фисту.

Сегодня мы разбирали один из типов смертельной магической атаки. Данное заклинание вызывает остановку сердца или острое кровоизлияние, а всё потому, что магические импульсы влияют на мозг.

– … определить такую атаку можно по синим, слегка обожжённым конечностям жертвы, – закончил Фист, показывая указкой на изображение, которое проектировал на белую стену механический проектор, ручку которого всё время надо было крутить.

– Спасибо, что напомнили, господин Фист, – парировал Бастер, и, толкнув сокурсника сумкой, первым покинул помещение.

Интересно, за что его оборотень так цепляет? Неужели, всё дело только в отце Бастера?

– До свидания, господин Фист, – я закончила запись, убрала тетрадь в сумку и поспешила за остальными.

– Я передам Алише привет от тебя, – донеслось мне вслед.

Буркнула “спасибо” и покинула ведомство, пока не столкнулась с мамой. Нет, я её не избегаю и вообще, неплохо с ней лажу. У нас нормальные взаимоотношения, но я бы предпочла не сталкиваться с ней во время моей учёбы.

После практики была самоподготовка, моё, пожалуй, самое любимое занятие.

По сути, мне нечего подтягивать по теории, а к экзамену я давно готова, поэтому до библиотеки я не дошла. Развернулась на половине пути и отправилась на арену. Если повезёт, застану занятие боевиков. Нет, я не хочу любоваться Бастером Вольфрамом, просто надеюсь, что, наблюдая, смогу на занятии сама не провалиться, а повторить заученную технику.

На арене было шумно, но трибуны практически пустовали. Судя по всему, занимался старший курс. Раздетые по пояс, то ли для удобства, то ли боясь запачкать одежду, парни подпирали борт арены, наблюдая за своими товарищами, которые сошлись в поединке.

Тренировочная площадка усыпана белым песком, и адепты, прежде чем ступить на него, снимают обувь. И теперь я понимаю, почему они максимально раздеваются перед боем.