Паучья корона

Прошёл почти час, пока Ариану не удовлетворила скорость пике, и тогда, окончательно вымотавшись, Саймон помог ей распутать паутину и ветки. Когда не осталось следов ночной тренировки, они вернулись во внешнее кольцо пятиугольного здания ПРИЮТа, где располагались их комнаты.

– Спасибо за помощь, – сказал он Ариане перед тем, как они разошлись. – Знаю, со мной бывает непросто…

– Я была такой же, когда только начинала тренироваться, – пожав плечами, ответила она.

– Сколько тебе было лет? Пять? – спросил он полушутливо.

– Три. – Их взгляды пересеклись. Она тоже не шутила. – К тому же тебе нужна помощь. Всё равно я особо ничего не делаю.

– Но ты могла бы спать, – заметил Саймон, слегка улыбаясь. В ответ она ему не улыбнулась.

– Я с января не спала дольше пары часов за раз.

Саймон помедлил.

– Твоя мама ничего не говорила о новых… покушениях? – осторожно спросил он.

– Она перестала о них рассказывать. Не хочет меня волновать, – буркнула Ариана, рассматривая накрашенные тёмные ногти.

Внутри всё похолодело.

– С ней всё в порядке?

Ариана кивнула:

– Да, насколько это возможно. Они до неё не добрались. В этот раз подослали сколопендру, – добавила она, хмурясь. – Но я не понимаю, почему столько разных общин желают ей… смерти. С некоторыми мы столетиями поддерживали мир. Так почему они так стараются? Ей всё равно… – она закусила губу, – ей всё равно недолго осталось.

Саймон коротко стиснул её ладонь. Неудивительно, что Ариана не спала. Её мама болела – и болела неизлечимо, а напряжение в Царстве всё нарастало и нарастало. И после смерти матери разбираться с ним предстояло Ариане.

– Скорее всего потому же, почему совет Рептилий противостоял друг другу и почему сестра Джема предала собственную семью, – мрачно сказал Саймон.

Ариана широко распахнула глаза:

– Думаешь, тут замешан Орион?

– А в чём он не замешан? – Перед входом в корпус насекомых Саймон остановился.

– Не извиняйся, – ответила она. – Даже если Орион и приложил руку, ты не виноват.

Но совесть всё равно грызла. В конце концов, именно он отдал собственную мать прямо Ориону в руки.

– Увидимся утром, – сказал он. – Я принесу твой завтрак на урок, так что поспи подольше.