Паучья корона

Саймон не стал вмешиваться в их потасовку. Было уже поздно, он устал сильнее, чем хотелось бы признавать, да и в целом не был знаком с кошачьими повадками. А если Контесса узнает, что он орёл…

Может, Малкольм разрешит ему поспать на улице с остальными волками. Саймон ничего не имел против, а если бы пообещал не улетать…

– Прошу прощения, что вынудила вас приехать, – раздался у уха Саймона глубокий женский голос. Он дёрнулся, резко развернулся, но позади никого не оказалось. – Поймите, долгие путешествия мне противопоказаны, а поселение Зверей было совсем рядом, и… я решила, что для меня это идеальное место.

И тогда Саймон увидел её: блестящую паучиху, сидящую на коре дерева всего в полуметре от него. Он обернулся, проверяя, слышали ли её остальные, но, видимо, нет.

– А кошки знают, что ты здесь? – спросил он. – Потому что дядя сказал, что они хорошие охотники, и…

– Благодарю за заботу, но, право, не нужно. – Паучиха начала превращаться, и он отступил, уступая дорогу высокой элегантной женщине невероятной красоты.

В тёмных волосах виднелась седина, а блестящие чёрные глаза пронзали Саймона насквозь, будто женщина видела, кем он был и кем будет. – Кошки знают о моём присутствии – и знают, что надлежит сделать.

– В… в смысле? – Поёжившись, он попятился и врезался в Ариану, которая уже закончила кидаться камнями и сейчас разбиралась с багажом. Она резко развернулась, мгновенно скользнув рукой в карман.

– Что тако…

Но не успела она договорить, как сдавленно вскрикнула и бросилась вперёд.

На мгновение Саймону показалось, будто она хочет напасть на женщину, но она заключила незнакомку в крепкие объятия.

– Мама, – глухо прорыдала она ей в плечо.

– Хорошая моя, – пробормотала та, поглаживая Ариану по волосам. – Моя хорошая девочка.

Саймон сглотнул, пытаясь не пялиться, но получалось плохо. Слухи о ней ходили по всему ПРИЮТу. Слухи о её силе, о могуществе – и, разумеется, о том, как боялись её все Пять Царств.

Её – Королеву Чёрную Вдову.

6

Королева Чёрная Вдова

Несмотря на обшарпанный и пугающий внешний вид дома, внутри Саймона встретила поразительно яркая и уютная гостиная. На самом деле даже слишком уютная – с большими мягкими креслами и разбросанными повсюду подушками, о которые Саймон то и дело спотыкался, пытаясь не отдавить кому-нибудь хвост. Малкольму было ещё тяжелее: он оказался слишком большим для тесной комнатки, но никто не жаловался. Точнее, почти никто.