Истинных не выбирают. Мой чешуйчатый ректор

Столб тут же уехал обратно в землю, не оставив после себя никаких свидетельств. Даже травка не примялась.

– Ну в тебе и силы, – уважительно протянула я, приятель скромно пожал плечами.

А я призадумалась: интересно, теперь, имея сферу бесконечной воды, я тоже смогу что-то подобное вытворять? Но долго пофантазировать не вышло, Патрик дернул меня за руку, и мы, скрадывая шаги, направились к коридору. Предстояло каким-то образом добраться до главной лестницы и преодолеть несколько пролетов, оставаясь при этом незамеченными.

Хорошо хоть отмычка значительно упрощала попадание в различные помещения, как и выход из них.

Вот и сейчас стоило только приложить тонкую серебряную трубочку к замкУ, как раздался едва слышимый щелчок, и дверь незнакомой аудитории, в которую мы проникли через окно, приоткрылась. Тихий боковой коридор на первый взгляд был абсолютно пуст и безопасен. Но небольшая щель не давала достаточного обзора, так что выходить пришлось на собственный страх и риск. Внутреннее напряжение не отпускало, росло, и чем ближе мы становились к заветной цели, тем сильнее колотилось мое сердце.

Нам удалось спуститься по лестнице и беспрепятственно добраться до первого этажа, а вот перед самим мемориальным залом стояло аж целых два магистра. Одна женщина, которая принимала у меня вступительный экзамен по магии, а второй незнакомый мне мужчина. Они о чем-то негромко переговаривались и в нашу сторону пока даже не смотрели.

Глава 25

– И что дальше? – спросила я одними губами у Патрика.

– Не знаю, – был мне ответ.

По идее кто-то из нас мог бы ценой своего участия отвлечь преподавателей – все равно, чтобы нарисовать фингал статуе достаточного и одного человека, но где гарантия, что сразу оба магистра клюнут на наживку? С их стороны логичнее было бы одному остаться сторожить вход в зал, а второму отправиться на разведку.

Так ничего толкового и не придумав, мы стали ждать. Секунды летели, как песок сквозь пальцы, а ситуация не менялась.

Не удивлюсь, если снаружи все уже давно разбрелись по койкам и видят сладкие сны. Хотя ощущение времени в том моем состоянии было далеко от обычного, так что за то, сколько там в действительности минут или часов прошло, я поручиться не могла. Все изменилось, когда дама кивнула собеседнику и направилась в нашу сторону.

Я лихорадочно кусала губы, когда Патрик вдруг вручил мне пузырек с несмываемой краской и шепнул:

– Теперь все зависит только от тебя.