Дом с белыми клибисами

Калеб успел понастроить вокруг всяких сарайчиков и мастерских, а машинные цеха давно уже были переделаны, и машины в них теперь исполняли совсем другие функции, нежели прежде. Кроме того, весь дом был завален железом, полезными и бесполезными вещами, и все их нужно было куда-то перенести, иначе корабль попросту не смог бы поднять такой вес. В общем, по прикидкам Ависа, восстановление должно было занять не меньше недели.

- Но я же тебе говорил, что вернусь домой! – радостно повторял он Сайке, разгребая завалы. Та все еще дулась на него и не отвечала.

– Надо только горючее нормальное найти, уголь – не самый лучший вариант. Калеб говорит, у него есть устройство для сжатия горючих газов, но их ведь тоже нужно где-то достать. Вот если б дело было в Элакии, я бы запросто…

Он все болтал и болтал, прямо как Калеб. А Сайка с каждой минутой становилась все мрачнее.

- Эй, ты чего? – наконец заметил ее настроение Авис.

- Вот мы тебя отвезем домой, а сами сюда вернемся, - вздохнула Сайка, уныло выгребая из шкафов отсыревшую одежду.

– И будет все, как раньше: ты по одну сторону от Стены, я – по другую.

- А хочешь ко мне? – предложил парень. – У моих родителей большой дом. Они будут рады, что я вернулся, и наверняка разрешат тебе там остаться.

- Нет, Авис, - Сайка со вздохом покачала головой. – Так не делается.

- Почему? – не понял он.

- Потому что. Потому что это ТВОИ родители и ТВОЙ дом. А у меня нет своего дома. Я буду всем чужой.

- Глупости, - отмахнулся Авис. – Ну не выгонят же они тебя, если я им скажу, что ты меня спасла.

Мои родители – хорошие люди. Они на Калеба немного похожи.

- Не выгонят, наверное, - согласилась Сайка. – Но это все равно не то. Я хочу свой дом, понимаешь? Свой дом – это когда семья. Это когда ты с ними ссоришься, убить их порой хочешь, а все равно продолжаешь жить в одном доме и никогда-никогда их не бросишь.

- Где ты набралась такой ерунды? – фыркнул Авис.

- Ты просто об этом никогда не задумывался, - пояснила Сайка. – Ведь у тебя есть семья, тебе незачем об этом думать.

А у меня вот нет никого. Только ты да Калеб. Но ты уедешь, а Калеб… для него что есть я, что нету – одинаково.

- Слова «нету» - нету, - пошутил Авис. Философия жизни заботила юного изобретателя меньше всего. Все его мысли занимал предстоящий полет. Он был так взволнован и возбужден, что даже пальцы дрожали.

- Не привязывайся к словам, - отмахнулась Сайка. – Я тебе о серьезных вещах, а ты…

- Ну ладно, извини, - покаялся Авис.