Сестра огненной ведьмы

Бабушка с дедушкой звали меня Огонек – за темно-рыжие волосы и слишком бойкий, как они считали, характер. Мне казалось, что родителям это прозвище не нравится, и теперь я понимала почему. Все, что было связано с огнем, напоминало об их потере – сколько бы лет ни прошло.

Мои отношения с родителями стали гораздо теплее: между нами больше не стояла тайна, которую они прятали от меня. Однако моя грусть не стала меньше, потому что теперь мне еще сильнее не хватало самого близкого человека – моей половинки. Положив руку на медальон, я пыталась мысленно говорить с сестрой и надеялась, что она это чувствует.

А может, даже и слышит, но не в состоянии ответить?

Я стала очень рассеянной – словно грезила наяву. Иногда могла задуматься так сильно, что потом не понимала, как очутилась в каком-то месте. Однажды наступила на подол платья и упала с крыльца, ободрав колени. А как-то вечером настолько ушла в свои мысли, сидя перед камином, что не заметила, как наступила ночь. Если бы не служанка Акса, увидевшая свет, так, наверно, и просидела бы до утра.

Однажды мама отправила меня навестить заболевшую сестру отца, жившую за городом. Я отнесла тетушке гостинцы, приготовила обед и пошла обратно. Солнце припекало, и я решила пройти часть пути через лес – в тени. Это дорога была короче, но ездили и ходили по ней редко, потому что разлившаяся река подтапливала берега и размывала ее. Мне повезло: земля уже подсохла, можно было идти, не опасаясь увязнуть в грязи.

Неожиданно краем глаза я уловила за деревьями какое-то движение и остановилась.

Рыжее пятно сначала замерло, не позволяя разглядеть себя, а потом из-за куста показалась острая морда лисицы. Она настороженно наблюдала за мной, а я смотрела на нее.

- Лисичка, лисичка, - позвала я, жалея, что нет ничего, чем можно было бы ее угостить. Она, конечно, не подошла бы, но я могла бы оставить еду на дороге.

Однако лиса осторожно выбралась из-за куста и снова замерла, глядя на меня. Это был крупный красивый зверь, гораздо больше тех, которых я иногда видела в лесу.

Еще более удивительным показалось то, что рыжую красотку покрывал роскошный зимний мех. Обычно весной лисы линяли и летом выглядели довольно невзрачно.

- Какая ты красивая! – сказала я. – Ну иди сюда. Не хочешь?

Лисица прижалась брюхом к земле, а потом вдруг бросилась обратно за кусты, но не убежала, а осталась там.

- Ну и ладно, - я пожала плечами и пошла дальше, поглядывая, как осторожно пробирается вдоль дороги моя рыжая попутчица.