Потерянная во времени

Я стояла, сжимая руки до боли и смотрела как он уходит из моей жизни...уходит навсегда...

Во мне что-то умирало медленно, с каждым его шагом...

Он не обернулся.

Всё что у меня от него осталось это единственное письмо, адресованное мне, которое он спрятал в портрете.

Я выучила его почти наизусть, стараясь запечатлеть в памяти каждую строчку, каждую букву, написанную его рукой...

Я не могу сдержать слёз, я рыдаю так, словно кто-то умер...словно умерла я...

Я оторвался от дневника и мне самому хотелось плакать, боль графини почему-то отзывалась внутри меня такой же болью.

Я поднялся, открыл окно и подошел к портрету.

Сняв его со стены я обсмотрел его со всех сторон и заметил, что в одном месте рама чуть чуть отходит. Я прошел в кабинет, взял нож, которым вскрывал письма и осторожно, чтоб не испортить портрет, поддел рамку.

Внутри лежал потрепанный листок, сложенный в четверо.

Я осторожно развернул его и у меня закружилась голова, руки дрожали, так что строчки расплывались перед глазами.

Я пошатнулся, ухватившись за край стола и листок выскользнул из моих ослабевших рук.

Я уставился на него, ничего не видя перед собой.

В голове набатом стучала одна мысль " Как это возможно? Как???

Это немыслимо!

Невозможно!"

В ушах шумело, впервые в жизни я был на гране обморока.

Может я сошёл всё таки с ума и теперь у меня галлюцинации?

Может нет ни особняка, ни миссис Харрис, ни Бенсона, ни портрета, ни дневника?

Мне нужно было понять, что в моей жизни было реальным? Смерть родителей.

Может я там свихнулся?

И сейчас я в лечебнице для душевнобольных живу в иллюзиорном мире?

Это больше было похоже на правду, потому что всё остальное выходило за рамки реальности и моего понимания.

Я всерьез засомневался в своём здравом рассудке, реши я рассказать об этом хоть кому-нибудь, мне бы никто не поверил. Хотя о чем я?Как можно поверить, если я сам себе не верил, не верил своим глазам.

Глава 17.

Я не мог прийти в себя, опустившись на пол я аккуратно, словно змею, поднял листок. И с недоумением уставился на почерк. На свой почерк на потрепанном листке. Я ничего не понимал. Если это письмо неизвестного художника графине, то почему оно написано моей рукой?

В этом не было сомнений, так букву "А" писал только я. И другие буквы, перепиши я сейчас это послание, оно будет один в один.