Ведьма твоих желаний

Объятья стали крепче, а чужая пятерня обхватила затылок, не позволяя отвернуться. При этом касания чужих губ оставались мягкими и обещающими океан нежности, стоит только ответить. И возможно, так и случилось бы, но неприятная колющая боль в ладони с пентаклем не позволяла мозгу расслабиться и уплыть в розовые дали. Все происходящее выглядело неправильно и… Какого черта происходит?!

Сжала губы и уперлась руками мужчине в грудь. К счастью, тот намек уловил без лишних слов и отстранился.

— Не нужно, — выдавила я, пытаясь подобрать приличные слова для отказа и не разозлить мужика.

— Надо побыть одной? — с понимающей улыбкой поинтересовался Александр, но при этом его глаза на мгновение недовольно прищурились.

Я с готовностью ухватилась за предложенную банальную фразу и коротко кивнула.

— Понимаю, — протянул мужчина, более никак не выдавая своего истинного расстройства, и махнул рукой вглубь квартиры. — Только защиту потщательнее проверю. Все-таки мне не дает покоя столь скоротечный уход Маргариты Петровны.

Избавиться от внезапно настырного гостя хотелось побыстрее, а в прошлый раз подобная проверка не заняла и пары минут. Поэтому не стала тратить время на споры и согласно кивнула.

Но сегодня Александр не торопился, от слова «совсем». Ограничиваться косяком входной двери он не стал. Заглянул в обе спальни и гостиную. На ее пороге и замер.

— Хм, а что случилось с люстрой? — ровно поинтересовался он.

Стало не по себе.

— Ну, так получилось… — замявшись под пытливым серым взглядом, я нервно кашлянула.

Ладонь с невидимым пентаклем продолжала зудеть неприятным напоминанием, и я инстинктивно спрятала руки за спину. После чего виновато потупила глаза и на ходу выдала самое странное из всех возможных оправданий:

— Я случайно ее разбила. У меня сила нестабильна, перенервничала, узнав, что бабуля в больницу попала.

И, кажется, угадала!

Александр задумчиво склонил голову на бок, но после едва заметно кивнул.

— Да, Маргарита Петровна говорила об особенности вашей семьи.

«Еще бы она не забыла об этом сообщить мне», — нервно подумала я и тут же одернула себя за дурные мысли. Что бы ни было, оно уже безвозвратно утеряно. И бабуля, наверняка, по-своему была права. Защитить хотела… а я…

Из глубины груди к горлу снова подкатил болезненный комок слез. Глаза затянуло предательской соленой пеленой. Пришлось прикрыть веки и с силой глубоко вдохнуть, чтобы унять не вовремя вспыхнувшие эмоции.