Отпуск в Петербурге

Влад не перебил ее, только вопросительно выгнул бровь. Не удержавшись, девушка протянула руку, коснувшись его лица. Мужчина глубоко вздохнул, потерся щекой о ее ладонь.

– Чтобы ты не видел, во что бы не верил, знай, что я люблю тебя! Я готова бороться с твоей гордостью, ревностью, предубеждением, со всем миром и даже с тобой за тебя!

– Прости меня за то, что сомневался, за то, что позволил всему этому случиться. Я чувствовал вину перед братом и хотел дать тебе возможность поговорить с ним, принять решение, не испытывая давления с моей стороны.

Нужно было остаться и объяснить все сразу, а еще лучше самому поговорить с Вадимом.

– Нет, ты все правильно сделал. Нам обоим нужно было выяснить отношения, выговориться, чтобы идти дальше.

Она сказала все, что хотела, и посмотрела на Влада. В ее глазах он видел неприкрытую тревогу и надежду. Мужчина привлек Ладу к себе, положив руки на талию, и поцеловал висок, скулы, кончик носа, вызвав тихий вздох девушки, наконец, приник к губам. Целовал ее долго и страстно, как после длительной разлуки.

Лада обняла его за шею, прижалась к груди, вдохнув его запах. Он обнял ее в ответ так крепко, будто боялся, что, стоит ослабить объятья, и она исчезнет. Не в силах сдержать нарастающее желание осыпал поцелуями лицо, шею, плечи. Девушка, едва касаясь его губ, вернула ему поцелуй, волнующий, томительно-нежный, пьянящий. Больше не нужно было слов, за них говорили их губы, их руки, их тела, соединившиеся в танце, древнем, как сама жизнь.

Эпилог

Пять месяцев спустя.

– Думаешь, они когда-нибудь простят нас? – спросила Лада. – Ты специально выбрал момент, когда твои родители уехали в Вишеру с внуком, Варвара предприняла очередную попытку помириться с Вадимом, а моя мама гостит у родственников в Омске? Поверь, она точно не простит мне, что не побывала на свадьбе единственной дочери! Как, впрочем, и Марина.

Придержав подол кружевного свадебного платья, она приняла протянутую Владом руку. Вместе они покинули небольшой деревянный храм, расположенный на крошечном скальном островке посреди Вуоксы[1].

Мелодичный звон колокола, провожавший их, звучал как символ новой жизни.

– Нашим родственникам придется смириться с тем, что мы сами решаем, как нам жить! –

Мужчина улыбнулся, подхватил молодую супругу на руки и ступил на мост.

– Что ты задумал?

– Есть такая старинная традиция, которую свято чтят в нашей семье. Муж должен перенести жену через мост. Если он не упадет, не споткнется, то сможет создать крепкую семью.