Царевны. Трофей дракона

Подняв голову, Яшмовый дракон заметил двух русинов, проходивших мимо и оглянувшихся на их перепалку.

— Эй, цетурианцы, пить будете? — окликнул их Брион на корявом цетурианском языке.

— На кой черт ты их зовешь? — прохрипел недовольно Карон. — Еще с этими слизняками сидеть.

Приказ императора о совместной военной кампании драконовых и цетурианцев против северахов бесил Карона, но ослушаться Аргона Сумрачного он не смел.

— А че? Хоть поболтать с кем, ты все равно молчишь как горный скрут*, — огрызнулся Брион.

Мизгирей, сидевших с ними у костра, для разговора Брион не рассматривал.

Они были слишком примитивной неразвитой расой с планеты Гордезии и годились только для беспрекословного исполнения приказов и как безмозглые машины-убийцы. Не более. Уровень их развития был так низок, что в их языке насчитывалось только несколько десятков примитивных слов, и они редко разговаривали. Мизгири были чем-то средним между высокоразвитыми животными и людьми.

Ратмир бросил мрачный взор на двух братьев-драконов, Карона и Бриона, сидевших у костра, они уже были довольно пьяны.

Употребление рагрии, горячительной жидкости, которая туманила сознание, было частым и у драконов, и подчиненных им рас. Захватчики привезли тысячи бочек этой красной вязкой бодяги на Цетуриану. Она была дешева, и почти все в войске драконовых пили рагрию, даже простые солдаты.

Ратмир остановился и окинул взором всю компанию у костра. Он поморщился, думая о том, что Сумрачный в их распоряжение дал только две сотни змеевичей, считавшихся элитными, более тренированными воинами в армии драконовых.

Остальное же войско состояло из самых отсталых тупых вояк-мизгирей, которые имели даже на лицах примитивное выражение. И это было на руку цетурианцам.

Пару часов назад большое войско остановилось здесь, у Тарийских лесов, простиравшихся на многие десятки верст, за которыми начинались высокие горы Тарии, величественный горный хребет, самый большой на всей Цетуриане. Именно это место выбрал для разгромного наступления Ратмир, по согласованию с императором, ведь именно здесь теперь скопилась большая часть расы отступавших северахов.

— Выпьем, — кивнул Ратмир и подошел к костру вместе со своим другом Светолегом.

Усевшись напротив Обсидианового дракона Карона, который слыл самым кровожадным и жестоким в войске Сумрачного, Ратмир взял протянутую Брионом чарку с красной отравой, дурманящей разум, и чуть-чуть глотнул из нее. Цетурианцы не употребляли будоражащих разум и дурманящих напитков.