Царевны. Трофей дракона

— Я хочу, чтобы ты и твои ратники уничтожили всех северахов.

— Всех?

— Да! Уничтожить всех этих непокорных тварей! Я освобожу вас. Дам вам оправиться от ран, скажем так, пару недель. И потом вы отправитесь в леса. Я дам вам с собой тридцать драконов, это чтобы проконтролировать вас. И двести тысяч других своих воинов, и оружие, конечно. Но всю грязную работу вы сделаете сами и убьете всех.

— Но женщин и детей? — спросил, холодея, Ратмир.

— Я сказал, всех! — взорвался Сумрачный. — Уничтожить всех, до последнего младенца, чтобы ни одного не осталось.

За свое непокорство они сгинут навсегда. Я хочу, чтобы эта раса исчезла с лица Цетурианы.

— Но… — выдохнул, сглотнув комок в пересохшем горле, Ратмир, чувствуя, что только бессовестный выродок мог придумать подобную гнусность.

Ратмир уже пожалел, что начал говорить с драконом. Ведь он сам не мог пойти на подобное, да и не мог заставить своих ратников исполнить этот чудовищный приказ. Северахи были одной из уникальных пятнадцати равноправных рас планеты, и они не могли быть уничтожены.

Русины, вайнеги и оледины, которые были в его рати, никогда не пойдут на это.

— Ну так что? Вы согласны исполнить мой приказ в обмен на свободу?

— Нет, — прошептал он.

— Значит, сдохнете здесь в подземельях, — выплюнул зло Аргон. — А этих тварей я все равно уничтожу. Просто на это потребуется чуть больше времени. Вам же я давал шанс спастись…

Развернувшись, Сумрачный уже отошел от витязя, что-то приказывая одному из мизгирей.

Ратмир прикрыл глаза от боли и судорожно размышлял.

Он понимал, что дракон исполнит свою угрозу и они все умрут, и его ратники, и он сам, а храбрые северахи вообще могут исчезнуть с планеты. И тут он услышал тихий звон прямо над ухом. В следующий миг некий едва слышимый голосок шепнул ему в ухо несколько быстрых фраз. Услышал их только Ратмир.

Сумрачный еще не успел достигнуть выхода из каменной залы, как Ратмир громко окрикнул его:

— Постой, дракон!

Аргон остановился и медленно обернулся.

— Я согласен выполнить твой приказ, — твердо заявил Ратмир.

Победно оскалившись, Аргон вновь подошел к нему и осведомился:

— И сможешь уговорить всех своих людей служить мне?

— Да. Но мне надо знать, сколько царских ратников осталось в живых.

— Около тысячи. Половина сильно ранены, но выживут.

— Так мало? — выдохнул, помрачнев, Ратмир, и его сердце болезненно сжалось.

Всего двадцатая часть от прежней царской рати.

— Ну, это все, кого удалось найти и взять в плен по всем царствам.