Царевны. Трофей дракона

Даже у Цветаны, а она младше меня на год! А у Океаны вообще с двенадцати лет. Я же какая-то недоразвитая, по-моему. Что со мной не так?

— Сияна, не говори так. Каждая атурия рождается уникальной в своем роде, это самое ценное, что есть у нее, ее индивидуальность, нет единой схемы. Нет единых сроков, когда и как проявится ее дар и как будет развиваться. Ты должна набраться терпения, и твое время придет.

— Но когда?

— Придет.

— Но, Вячеслав, вы же наверняка ведаете, к какому дару у меня есть расположенность. Вы всё знаете.

— Не все, Сияна. И поверь, я правда не могу распознать твой дар, иначе бы рассказал тебе о нем уже давно.

— А если у меня нет никакого дара?

— Что за глупости? Не рождается атурия без дара.

— Хорошо, а может, он у меня такой слабый, что его просто не видно? Как у Ирии.

— У Ирии проявлен дар воздуха, да, она не очень сильна в нем. Если она продолжит заниматься практиками, которые я ей столько раз показывал, то она укрепит и улучшит свою магию.

— Практики? Ирия? Вы насмешили меня, мастер.

Не делает она ничего, вчера этим мне хвасталась. У нее на уме другое. Она ищет себе мужа, — фыркнула Сияна. — Говорит, что эти медитации ей ни к чему.

— Правда? Мне говорила, что занимается.

— Врала вам, — хмыкнула девушка. — Вы же знаете эту хитрюгу Ирию, у нее только наряды и прически на уме.

— Что ж, это ее выбор, не хочет развивать дарованный ей уникальный дар, ее дело. Многие жители планеты мечтают об этом, а им не дано.

— А вдруг у меня дар еще слабее, чем у Ирии, и потому его и не видно?

— Не думаю, Сияна.

Ты не переживай, время еще есть.

— А я переживаю. Все сестрицы как на подбор, с каждым днем все совершеннее и умелее, а я какое-то слабое звено, ничего не умею. Пойдем обратно?

— Да, надо возвращаться, — кивнул он, подойдя к факелу, и умело поджег его, направляясь к пещере.

Сияна быстро втиснула свою руку в его ладонь, и Вячеслав, ощутив ее тонкую ладошку в своей, чуть напрягся, чувствуя, как его обдало жаром. Он бросил пытливый взор на девушку.

Пробежавшись глазами по ее распущенным густым волосам, он отметил, как на них блестят капельки воды. Вновь поняв, что ведет себя глупо и неестественно, он нахмурился и отвернулся, последовав в темный ход и увлекая за собой Сияну.

Шагая по мрачному проходу, Вячеслав нервно размышлял, что с ним происходит сегодня? В его жизни присутствовали женщины, и последняя его возлюбленная, вдова из расы сезаров, сияла красотой и свежестью, хотя была довольно зрелой.