Царевны. Трофей дракона

Быстро приподнимая ее округлые белые бедра вверх, он уже пристроился к ее ягодицам, проворно стягивая свои штаны, собираясь немедленно взять ее сзади, как вдруг его тело пронзила острая боль.

Стрела пробила его плечо, и Карон, прохрипев ругательство, резко обернулся. Он увидел пятерых всадников на ирчи, приближающихся к ним.

— Отпусти девку, Карон! — пророкотал один из них.

Не понимая ничего, Карон чуть ослабил хватку, но все же не отпуская бедро девы и не позволяя ей отстраниться.

— Ратмир? — опешил вконец Карон, узнав всадника, и продолжал на местном языке: — Какого черта ты здесь?!

— Эта девица — царевна Атурия.

— Чего? — пророкотал Обсидиановый дракон, отпуская деву, быстро оправляя штаны и поднимаясь на ноги.

— За безопасность этой девицы я отвечаю своей головой, — продолжал Ратмир, держа наготове заряженный стрелой лук, и направляя его на Каро.

Один из ратников подъехал на ирчи к Океане и кинул ей свой плащ. Каро же непонимающе оглядывал пятерых всадников: трех русинов, оледина и вайнега, — и зло щурился. Он не мог уразуметь, что происходит и отчего какие-то селянки из местных имеют покровительство Сумрачного, но все же решил разобраться, что к чему, чтобы не навредить себе.

— На кой ляд эта девка императору? — огрызнулся Карон, резко вытянув стрелу из своего плеча, хлынула кровь.

Обсидиановый дракон бросил взгляд на светловолосую девку, которая уже закуталась в плащ и быстро подбежала к ирчи Ратмира, испуганно косясь на него.

— Это приказ Сумрачного, — ответил громко Ратмир. — Мой отряд везет царевен Атурий в Белгримор.

— Врешь, поди! — процедил Карон, выкидывая стрелу и тут же умело зажимая рану ладонью, чтобы остановить льющуюся кровь. Он вновь перевел взор на всадника. — А если ты врешь, русин, я тебя своими руками удавлю за твою наглость.

— Тебя было не усмирить иначе, — оскалился хмуро Ратмир, он сунул руку в потайной карман и вытянул некую блестящую бордовую вещицу в виде пятиконечной звезды. — Печать императора!

— Будь ты проклят, русин, — прохрипел Карон, понимая, что Ратмир говорил правду.

Обсидиановый бросил алчный взор на девку, которой Ратмир уже подал руку и посадил впереди себя на ирчи, и злобно оскалился.

— Так и быть, выполняй поручение императора.