Темная грань любви

— Простите, вы такая красивая… Я не понимаю, зачем вам магия?

Я вздохнула, не собираясь спорить еще и со слугами, отстаивая свои мечты, и промолчала. Горничная воспользовалась, как она посчитала, молчаливым разрешением и продолжала расхваливать лорда Алессандра.

— Росси, если ты закончила, оставь меня, хочу побыть в одиночестве.

— Леди Габриэль, вы будете пить молоко с медовым печеньем перед сном?

Я покачала головой:

— Благодарю, не сегодня.

Росси, неподдельно расстроившись, нервно ухватилась за край белого передника.

— Леди, вы заморите себя голодом — вы же такая худенькая! Печенье приготовили в обед, а оно до сих пор пахнет на всю кухню. Теплое молоко поможет вам поскорее уснуть.

— Ладно, неси.

Я не успела выбрать книгу из тех, что недавно выписал отец из столицы, как запыхавшаяся горничная вернулась с подносом. Назойливая, она не отстала, пока я не выпила чашку молока и не съела три песочных кольца, которые, действительно, получились изумительными — рассыпчатыми и ароматными.

Но даже самое вкусное печенье в мире не сможет заменить вечер в доме бабушки.

Мачеха…

Как же порой я ее ненавижу! Мне исполнилось шесть лет, когда отец женился на Лоринде, выдержав всего лишь год траура. Леди честно пыталась найти общий язык со мной, но я не хотела себе другой матери и изводила ее с недетской фантазией. Я совсем не походила на бедняжку из сказки, которой помыкала мачеха. Еще бы! Меня любил отец, обожали слуги, а к одиннадцати годам открылся дар и обещал быть сильным: кто-то из родственников даже пустил слух, что во мне проснулась кровь некромантов, тех, кто стоял у истоков рода.

Я же хотела быть целительницей, пусть и с вредным характером — говорят, так даже лучше, пациенты на шею не сядут.

Через год после замужества леди Лоринда подарила моему отцу дочь, Мартину, и я так и осталась наследницей, что радовало некоторых слуг, невзлюбивших вторую госпожу.

Когда мне исполнилось пятнадцать, у нас появились новые соседи — родственники леди Лоринды. И почему-то они решили, что должны опять породниться с нашим родом, заключив еще один брачный союз.

В этот раз их целью стала я. Мне не нравился кандидат в мужья; старше лет на десять, он смотрел на меня, как на капризного ребенка. Я хотела учиться в университете магии, а навязанный женишок утверждал, что благородной девушке там делать нечего, хватит и приглашенных учителей. Вдобавок было в Алессандре что-то неуловимо-скользкое. Хитрый змей, маскирующийся под мрачного ворона.