Вампиры и бытовуха, и Маша

— Чего? — мысленно возмутился кот.

— Кого? — также про себя удивилась я. — Это что еще за опекун?

Воззрилась на защитника. Он стоял и сверлил взглядом аристократа, но в глазах еще высветилась мольба, которую я прочитала как пожелание довериться, молчать и на все соглашаться.

— И к кому же можно обратиться? Не к Алексу Аллену ли? — сощурился этот змей-искуситель.

— Нет, — твердо ответил Кевин, — если Вы хотите поговорить, а тем более о чем-то попросить, обратитесь к десу де Цепешу.

— Хм, и тут этот вампир, — почесал подбородок мужчина.

— Именно так, — кивнул волк, — Мари мы одну не оставляем. Она для всего поместья — сокровище, — зачем-то добавил он.

— Что же, премного благодарен за информацию, — ответил де Дюпон и повернулся ко мне. — Был рад познакомиться, Мари.

Развернулся и ушел к выходу. А за ним поспешили еще двое рослых, атлетичных магов.

— И что это было? — возмущенным тоном поинтересовалась я. — И что за опекун?

Бригадир сел в кресло, устало взглянул на меня и тихонько начал пояснять.

— Маша, в Аридии за женщин все решают мужчины. В редких случаях девушки могут получить независимость, но через городской суд и с дипломом об окончании академии.

— Ты мне фальшивые документы сделал, — зашипела я, нависая над ним, — диплом не смогли нарисовать?

— Их стали бы тщательнее проверять, так что я выбрал меньшее из зол.

— А какие полномочия у де Цепеша? — влез в наш разговор Пират.

— Мари, не волнуйся, — сразу попытался оправдываться волк и похлопал меня по руке, — он ничего не планирует.

— Давай признавайся, — припечатала я, — если те, что я думаю, то ты и вампиры дождичком не отделаетесь. Молнии вам в филейную часть.

Кевин закашлялся.

— Решать, куда пойдет твоя прибыль. Может запретить тебе коммерческую деятельность, а может и отправить учиться в академию. Замуж выдать, — вдруг добавил будущий смертник.

В этом душном помещении стало резко влажно. Несчастные работяги осматривались вокруг, пытаясь понять, что изменилось в обстановке.

— Успокойся, — взобрался по моему платью кот и начал шептать мне на ухо, — сейчас это ни к чему хорошему не приведет. В поместье отомстишь. Лично я готов попортить всю семейную коллекцию портретов, — он мрачно поиграл когтями на лапке.

Я несколько раз глубоко вздохнула, чтобы усмирить вырывающееся на свободу волшебство.