Дом лекаря на пути ведьмака

– Да уж… – пожала плечами девушка. – Как-то я не подумала о том, с кем говорю... Знаешь, когда я впервые увидела твой торс и твою спину, первой мыслью, пришедшей мне в голову, была мысль о том, что ты словно состоишь из шрамов. Ты ходячая иллюстрация того, что может случиться с человеком, если он выберет путь воина или охотника за монстрами. Это не оскорбление, если что. Так… Мысли вслух. А шрамы… Они как напоминания о прошлом, как чернила, которыми пишется твоя личная история.

Звучало неплохо, но Геральт относился к своим шрамам равнодушно, что отличало его от ряда не в меру гордых людей.

– Ты ни разу не указала мне на какой-нибудь шрам, чтобы я рассказал тебе, откуда он, – заметил интересный факт Геральт. Женщинам нравилось спрашивать у него о шрамах, но Али так не делала, и ведьмак догадывался, почему. – Тебе не нужны никакие ответы на вопросы? Ты и так знаешь… Определяешь по форме шрама, как и чем нанесли удар?

– Это не так уж сложно… – подтвердила эту версию лекарь. – У тебя есть шрамы от мечей, клинков, стрел, зубов, жал.

Али дотронулась до запястья Геральта. Он не одернул руку, ему бы это и в голову не пришло. Прикосновения Али всегда были очень мягкими и нежными. Даже в те моменты, когда она занималась раной, она не причиняла вреда.

– Этот, – продолжила девушка, водя рукой вокруг шрама, но не по нему самому. – Один из самых свежих. Если подумать, то… Я бы сказала, что это след от укуса. Зубы… Зубы того, кто тебя укусил, острые, расставленные друг от друга на расстояние больше, чем у человеческой челюсти.

– Варг… – пояснил ведьмак. Али все сказала верно, только название существа было ей неведомо. – Большой… Мучил жителей деревни к востоку отсюда…

– И эти люди наняли тебя?

– Да.

– Варг убивал людей или домашний скот?

– Всех.

– Хм… – иногда Али неосознанно подражала Геральту и его привычке говорить это самое многозначительное «хм».

– Потому, что был голоден.

Али ничего не ответила на это. Она обдумывала услышанное. Уже не первый раз она размышляла о том, насколько честно убивать тех, кто просто старается выжить. У нее складывалось впечатление, что ради удовольствия живых существ убивали одни только люди. Всеми остальными двигали менее низменные цели. И это совершенно не красило человеческий род.