Не нападай

Если бы я только мог забрать все кровоподтёки со светлой кожи, ту боль, которая пронзит каждый сантиметр избитого тела, как только она придет в сознание.

– Я все исправлю, потерпи.

- Поздно ты спохватился, - поднимаю глаза и встречаю тяжелый взгляд дикого охотника. На долю секунды острый подбородок вздрагивает и в серых глазах мелькает боль, но затем Штиль делает знак рукой и из-за его спины появляется отряд ловчих в боевой готовности.

- Я не стану сопротивляться, - осторожно опускаю тело Миры на пол, - только вызову скорую.

Если решу действовать, она может пострадать еще больше. Жизнь девушки я больше не поставлю на кон, я был глупцом, думая, что смогу пожертвовать ей, если придется.

- Оденься! - брат грубо бросает зеленый рюкзак мне в грудь, наблюдая как я спешно натягиваю верхнюю одежду, а затем кивает головой ловцам. Несколько охотников подскакивают ко мне и заломив руки, они грубыми толчками оттесняют меня к выходу.

- Что вы делаете? – руки плотно прижаты к спине, но это не мешает мне моментально вырваться из хватки охотников, чтобы встать в оборонительную позицию.

Стражей слишком много. В этот раз, судя по отличительным нашивкам на груди, каждый из них специально обученный ловец на особо опасных вервольфов - личный отряд дикого охотника.

- У меня приказ, - брат хмыкает и подходит вплотную, так, что можно рассмотреть каждый дюйм его оточенных черт лица и тонкие, серебристые шрамы на острой скуле.

- Вы не имеете права брать в заложники человека, это противоречит кодексу, - я готов разорвать Ловчего одними зубами прямо здесь.

- Не тебе говорить о кодексе, - Штиль устало выдыхает и наклоняется вперед, по его губам я могу прочесть, то, что он не произносит в слух: «Пара вопросов и ее отпустят».

***

Через железные прутья виднеются поблекшие в тусклом свете рыжие локоны, Мира сидит в соседней камере, прислонившись спиной к промозглой каменной кладке. Тихое сердцебиение отсчитывает каждую секунду, проведенную в абсолютной тишине заключения.