Клевер пятилистник

- Спас-сибо! – процедила она сквозь зубы, застелила покрывалом свою скамью и чинно устроилась сверху. Казалось, в своем спокойствии она была непоколебима и все свое внимание уделила озеру. Но стоило вознице спросить: «Куда?», как Тоя со скучающим видом вдвое увеличила наш ранее оговоренный путь: – Вначале мы плывем к ледяному гроту, затем к фонтанам вокруг острова Веры, и только после этого к смотровым террасам. И постарайтесь не спешить.

- Как пожелаете, - отозвался громила.

Развязав веревку, он оттолкнул лодку от мостика и вдел весла в кольца. С приятной глазу хищной грацией он сбросил куртку, размял внушительные плечи и могучую шею, поводил головой из стороны в сторону, а затем, завладев всем нашим вниманием, с невероятной медлительностью взялся за веретена весел. Первый слабый гребок был скорее поглаживанием воды, а не толчком от ее поверхности, и длился он не менее десяти секунд!

Второй был еще более издевательским, третий не имел силы вовсе, а четвертый стал навевать тоску.

- Грот не приближается, - заметила Анни и посмотрела на меня, я на Тою, она же задумчиво произнесла:

- Что-то эта медлительность во мне пробуждает…

- Желание извинения за издевательство? – тактично предположил возница.

- Понятия не имею, о чем вы! – заявила она и перекинула косу с плеча на спину.

Покарайте ее боги!

- Нет! - воскликнули я и Анни, прекрасно понимая, что сбежать от этого ужаса не получится даже вплавь. Еще в первые годы служения южанки отец обещал приплачивать, если она избавится от вредоносной привычки петь вблизи хозяйских комнат. И вот теперь мы фактически находились в эпицентре ее голоса.

- Всего один куплет, - пообещала мстительная южанка и затянула печальную оду арфе. Ее пронзительно высокий голос, сопоставимый со скрежетом металла по стеклу, отразился от воды, улетел в грот и усиленный эхом устремился в сторону берега.

В парке взвыли псы, не оценившие лиричности напева. Громила поморщился и прищурил единственный глаз, а мы с малышкой одновременно закрыли уши.