Болото истины. Путь Айаны

Лица было не рассмотреть, поскольку голова безвольно свисала вниз. Спутанные и грязные длинные волосы доставали пола. Некогда белое платье жалкими лохмотьями висело на стройной фигуре. Казалось, бедняжка прошла жестокое сражение, результатом которого было пленение. Тихий, вкрадчивый и опасный голос вывел женщину из краткого беспамятства, заставив немного приподнять измученное лицо:

– Ты больше никогда не увидишь его. Понимаешь ведь? – жестокие слова вызвали всхлипы и бессильные рыдания.

– Скажи мне то, что хочу знать, и тогда я дам тебе шанс.

Странный и такой реалистичный сон резко прервался, заставив магирани несколько минут просидеть на кровати, приходя в себя. Кто эта женщина, и почему снилась ей?

Айана осмотрелась.

Комната, которую миссис Флинн заботливо подготовила для девушки, была просторной и светлой. Интерьер спальни, как и всего дома, соответствовал викторианскому стилю. Нежно-розовые стены с элементами деревянных панелей покрыты матовым лаком. Массивная кровать, туалетный столик, кресло с мягкой обивкой и шкаф – все предметы мебели, а также внешняя отделка камина, изготовлены из красной породы дерева, украшенные высококлассной резьбой.

Большие окна закрывали шторы из тяжелого шелка цвета бордо с элементами розового. На вкус Айаны, убранство было поистине королевским.

Слабые звуки рояля привлекли слух девушки, позволив отвлечься от тревожного сна. Айана встала с кровати, чтобы найти источник манящей её мелодии. Пройдя по длинному коридору, она добралась до лестницы, ведущей вниз, но звуки доносились не оттуда.

Продолжив путь по этажу, девушка попала в западное крыло особняка, где было несколько комнат, одна из которых определенно скрывала предмет её поиска.

Ноктюрн[5 - Nocturne No.1 In B Flat Minor, Op.9 No.1 Фредерика Шопена] печальными волнами проникал в самую душу завороженной слушательницы. Айана тихо проскользнула в музыкальную комнату. За чёрным роялем сидел мужчина немного моложе Брана. Волосы его, цвета воронова крыла, достигали плеч.

Черты лица тонкие и благородные. Его тело плавно двигалось в такт рождаемой мелодии. Игра была великолепной. Длинные тонкие пальцы мастерски порхали по клавишам. Музыка очищала душу. Уносила прочь все невзгоды. Хотелось оставаться вечно в её нежных объятиях.

Почувствовав постороннее присутствие, мужчина прекратил играть, подняв на незваную гостью глаза глубокого синего цвета. Совсем еще юный.

– Мне жаль, что помешала, – Айана виновато замялась на месте.