Время вспоминать

─ Санта, здесь тоже можно убирать, ─ приказала донья Тереза стройной молодой синекожей девушке в платье горничной, пришедшей на звонок. ─ И скажи на кухне, чтобы служанка сеньоры де Веласко шла через черный ход к парадной двери и ждала ее там.

Значит, вот о ком говорила Мария. Эта Санта что-то видела или слышала в ночь смерти Антонио Санчеса. Или повторяла слухи.

В просторном холле окончательно вернувший свою невозмутимость и безупречность дворецкий уже хотел распахнуть дверь, как донья Тереза окликнула Хоакину.

─ Простите, сеньор Агилар, можно я поговорю с вашей женой, буквально минуту?

По лицу Фернандо легко можно было прочесть, как он изумлен, но он поправил шляпу и ответил:

─ Конечно.

Донья Тереза поворотом головы дала понять дворецкому, что в нем не нуждаются, и Хоакина осталась с хозяйкой дома наедине.

─ Мне неловко к вам еще раз обращаться, сеньора, пусть вы и не помните этого, ─ тихо сказала донья Тереза, подойдя так близко, что чувствовался запах дорогих духов и поражал размером жемчуг на ожерелье.

─ Не помню, ─ подтвердила Хоакина. ─ Но вы прислали мне цветы, когда я лежала в постели.

─ Я беспокоилась о вас, ─ призналась донья Тереза, опуская глаза. ─ Я боялась, что случившееся связано с… моей просьбой.

Хоакина молчала, ожидая, что хозяйка дома сама расскажет, в чем дело.

─ Вы одолжили мне деньги. И не спросили, зачем они мне.

─ Деньги? ─ не смогла сдержать удивления Хоакина. ─ Но ведь… ─ и она растерянно умолкла.

Донья Тереза понимающе улыбнулась.

─ Богат был мой брат, а покойный муж, отец Хуана Мануэля, играл в карты и оставил мне только долги.

─ А я приезжая, ─ понимающе продолжила Хоакина.

─ Верно. И из хорошей семьи, ─ кивнула донья Тереза. ─ Вы уже помогли мне, и очень неудобно просить об этом снова. Но вы же видите, что неприятности не оставляют нас.

Хоакина вздохнула. Ей было жаль огорчать несчастную мать.

─ Донья Тереза, к сожалению, деньги здесь не помогут, ─ как можно мягче сказала она. ─ Это инспектор Рафаэль Эспиноса. Ему они не нужны.

─ Я знаю, кто это, и что с ним сделала его мать, ─ поморщилась хозяйка. ─ И не попрошу у вас еще в долг, пока не отдам прежний.

Она снова опустила глаза. А затем глубоко вздохнула, коснулась своего ожерелья и прямо и смело посмотрела на окончательно растерявшуюся Хоакину.

─ Умоляю вас, сеньора де Веласко, помогите мне спасти сына.