Отбор для дракона

Мы проследовали по коридорам, сопровождаемые изумленными взглядами охраны. Удивительно, как может такой маленький ребенок создавать столько шума? Он топал, как слоненок. То вскрикивал: «Я зайчик!» То, вспоминая про кораблик, восклицал: «По волнам! Пш-ш-ш!» Словом, через четверть часа я пришла к выводу, что с замужеством и деторождением я повременю по крайней мере до тех пор, пока в самом деле не почувствую себя способной сохранить спокойствие даже на эшафоте.

Дойдя до нужной двери, я помедлила, ощущая себя полной дурой.

— Войдите, — раздалось с той стороны.

Я замерла, обнаружив, что просто не могу себя заставить толкнуть дверь. О чем я только думала, решившись искать помощи здесь!

— Войдите, — снова повторили изнутри, и дверь качнулась, отворяясь.

Я захотела провалиться сквозь землю, встретившись с изумленным взглядом герцога.

Глава 8

Дверь открылась с помощью магии, потому что герцог продолжал сидеть в том же кресле, где недавно устраивалась я, угощаясь чаем.

— Что вам угодно?

Я сглотнула комок в горле — под взглядом императорского дознавателя, казалось, кровь разом застыла в жилах, а в голову начали приходить формулировки в стиле «нарушение общественного порядка» или «покушение путем создания невыносимого шума и доведения до сумасшествия», а заодно — видения подвалов и виселицы, хотя мне как дворянке полагалась плаха.

— Прошу прощения, господа, — выдавила я.

— Где вы взяли… это? И зачем притащили сюда? — холодно поинтересовался господин Гримани.

Мне снова захотелось провалиться сквозь землю. Пришлось прокашляться прежде, чем открыть рот.

— Еще раз прошу прощения, господа, но я подумала, что люди, занимающиеся охраной дворца, должны знать, как найти…

А кого, собственно, найти? Дворцовым хозяйством должен заниматься гофмаршал, но дворянин на этой должности едва ли сам общается с прислугой и знает, кто мать этого сопливого сокровища.

— …гоф-фурьера, — решилась я. — Или кого-то рангом ниже, кто мог бы знать мать этого ребенка и вернуть его ей.

— Да что вы себе поз… — зашипел дознаватель и осекся, когда герцог поднялся с кресла.

— Зайдите и сядьте.