Магия слова: дракон в академии

– Ну там, скрежет, шорохи по ночам, завывания… Как водиться, пригласил некров, чтобы изгнали, но они говорят, что общежитии чисто и никаких тебе темных потоков или сущностей.

- Угу, - подхватил историю один из друзей. – Мы с ребятами сначала решили, что он спятил. Заучился… А тут смотрим, то следы странные на полу, то вода по коридору разлита. А теперь вот еще и продукты из холодильника стали пропадать.

- Да вообще, - перебил его главный рассказчик. – Только закупишься на недельку, думаешь, что всю неделю нормально есть будешь, так ночью кто-то влезает в холодильник.

- И кто это делает? – шепотом спросила одна из девушек. Глаза у нее были большие-пребольшие. – Нечисть?

- Не, - покачал головой еще один парень. – На нечисть мы проверяли. Все чисто.

- Тогда кто?

- Домовой! – парень с гитарой торжественно поднял палец кверху.

Слушатели расхохотались.

- Да это же байка, - смеясь, покачала головой одна из девушек. – Домовых не существует. Это всем известно.

И компания на перебой принялась обсуждать кто или что проникает в мужское общежитие.

- Вернусь в коттедж и убью Ткына, - мрачно заявил ректор.

Я расхохоталась. Конечно, только он мог ночами проникать в чужие холодильники в поисках пропитания.

- Сколько еды в день ему нужно? – продолжала смеяться я.

- По собачьим нормам – сорок граммов. А на деле выходит сорок килограммов, - усмехнулся Омри. – Так что я не знаю. Понятия не имею чем и в каком количестве питались каменные тролли.

Да уж, живых троллей уже не осталось.

- Как вообще вышло, что Ткын все еще здесь? Живой и здоровый? – не удержалась я. – Его сородичей уничтожили уже… Сколько? Лет триста назад?

- Да примерно, - пожал плечами Омри. – Его спасло проклятье. Оно же и продлевает ему жизнь. Ведь запасы магии, которые заставляли передвигаться огромную каменные глыбу поистине невероятны, а на такую кроху они расходуются очень медленно. Да к тому же он постоянно что-то жует…

- Постоянно запасается энергией, - я покачала головой.

Мы ушли с этой поляны, где теперь вовсю травили байки о кикиморах, и теперь брели по темной дорожке, а над нами витали несколько световых шаров.

- От Ткына на самом деле бывает польза. И довольно большая, - решил уточнить он. – Но не в повседневной жизни. В обычной жизни он бездонная пушистая воронка.

Я расхохоталась.

- Господин ректор, - все еще смеясь продолжила я.