Дорога видящей

Арвина не знала, какие именно события должны произойти, но на глубинном уровне чувствовала, что она, Минор Райск и Анхелес Рогмар окажутся как-то связаны. Картина потихоньку открывалась ей.

«Вляпалась». Спасать людей от смерти, когда она так близко, – нелегкая задача. Чаще всего, даже если Арвина предупреждала об опасности, человек всё равно умирал. Если не убьют в подворотне, то утонет. Если не утонет, то подавится и задохнется. «В случае с Бьяной было проще», – вспоминала она, крутя в пальцах графитовый стержень, который нашла на столе.

Шум нарастал. Звон оружия и невнятные выкрики будто приближались. Принц сидел, сжав кулаки и готовясь в любой момент подскочить и выхватить меч. Когда совсем рядом раздались крики, он все-таки встал, не убирая руку с ножен, и приготовился. Арвина не отрывала от него взгляда.

Холодные голубые глаза неотрывно смотрели на полог шатра. Второй принц сейчас был больше похож на хищника, нежели на человека. Но не такого, как глава корпуса внутренней разведки. Его назвали хортом не просто так.

Анхелес больше напоминал короля северных земель – снежного волка. Арвина видела одного такого в поместье аристократа. Он позвал труппу к себе на прием, повеселить гостей. В самый разгар волк сорвался с цепи и, прыгнув на барона, в одно мгновение отомстил за свою неволю. Поджарый зверь, из-за чего казался худощавым, не отличался особыми размерами или массой, но у него были острые клыки и настолько сильная воля к жизни и к свободе, что даже металл не смог его остановить.

Полог шатра откинулся, меч вылетел из ножен так стремительно, что Райск еле-еле успел уклониться.

– Успокойся, – раздраженно посоветовал он, вытирая руки о красную от крови тряпку.

– Потери? – коротко поинтересовался принц, убирая меч обратно, и глянул на Арвину.

Глава корпуса ничего не ответил. Он молча и непозволительно долго смотрел сначала в глаза второму принцу, потом повернулся к видящей.

– Всё? – получив на свой вопрос утвердительный кивок, Райск приказал: – Пошли.

На территории лагеря трупов было не много, не больше десятка. А вот за его пределами разворачивалось кровавое месиво. Подчиненные главы корпуса молча волочили тела в кучу, где одаренные уже готовились их сжигать.