Игрушка для лиса

Стоило мужчине выйти из спальни как к нему подбежал раздражённый брат. Энок махнул рукой отпуская дворецкого.

— Поговорим в моём кабинете, – тихо произнес он.

Маркиз не хотел будить пострадавшую из-за него женщину, да и ни стоило ей слушать речи не дальновидного типа.

— Нет! Мы будем говорить здесь и сейчас, – рявкнул Брик.

Мышцы на скулах Энока нервно набухли. Он рванул вперёд схватив брата за горло приподняв его.

— Веди себя прилично. Мои дорогие гости сейчас спят, а ты шумишь доставляя всем неудобства, – прошипел мужчина отпуская задыхающегося брата.

— Нет, – хрипло ответил он.

— Вот и славно, – улыбнулся маркиз и пошёл к кабинету.

Незваный гость поспешил вслед за ним. Войдя внутрь Энок сел на диван, а Брик напротив.

— Так по какому вопросу маркиз Брик Ланс пожаловал ко мне? – злобно смотря на собеседника спросил он.

— Брат, я не понимаю тебя. Зачем ты привёл в дом женщину с ребёнком? Что это всё значит?! – всплеснул руками мужчина.

— Тебе то какое дело? Может я хочу жениться на ней, – вальяжно сев ехидно улыбнулся Энок.

— Ты с ума сошёл?! Как можно было отказать знатной девушке из другой семьи лис и променять на обычную девку? Она со своим выродком оскверняет нашу кровь, – пыхтел от негодования Брик.

— Вижу, брат, тебе совсем надоело жить. Как ты смеешь оскорблять моего сына? – злобно прорычал маркиз.

Воздух стал спертым, незваный гость задыхаясь, на подкашивающихся ногах выбежал из кабинета.

На следующий день Энок сидел в своём кабинете в окружении стопок документов.

Мужчине был осведомлен как общество жестоко к женщине с ребёнком, так ещё и к рождённому вне брака. Маркиз не мог допустить подобного.

В дверь робко постучались, а затем застенчиво выглядывая из-за двери вошёл Мерей.

— Папа, ты говорил что когда маме станет немного лучше я смогу с ней увидеться.

Сердце Энока ёкнуло. Он снова пожалел о том что не нашёл их раньше. «Как может мальчик быть таким милым?» – подумал маркиз.

Мужчина еле сдерживал улыбку от умиления. Чуть раньше сын сверлил его злобным взглядом и угрожал расправой, а сейчас стоит застенчивый. Ему было так приятно услышать от мальчика «папа».