Серебряный змей

Вошла за несколько мгновений до того, как ворота закрылись на ночь. Благо стражники еще не сменились и узнали меня. Они же посоветовали несколько постоялых дворов и объяснили, как туда пройти.

Я сняла комнату "Белой лилии", заплатив за несколько дней вперед. Мне нужно было время, чтобы спокойно, без лишней спешки обдумать, как жить дальше. Ненависть никуда не делась, желание отомстить тоже, но прежде следовало разобраться в причинах, понять, почему император так жестоко расправился с моей семьей. Убить его можно и позже, только я не была уверена в том, что смогу лишить другого человека жизни.

В мыслях я часто видела этот момент, и рука не дрожала, но вчера испугалась едва ли не сильнее, чем тот нахал у таверны.

Насколько проще было в Академии: я с головой ушла в учебу, не позволяя себе ни на что отвлекаться. Отгородилась от всего мира, а теперь расплачиваюсь за собственную беспечность и желание обрести покой.

Я доплатила за лохань горячей воды, переоделась, отдала вещи прачке. Деньги, полученные в Академии, я почти не тратила.

У меня было все от крыши над головой до одежды, от пищи до лекарств. Порой хотелось побаловать себя красивым платьем, серьгами, но в первом мне некуда было идти, на второе не хватило бы средств. Покупать дешевые подделки не видела смысла.

Я научилась обходиться малым, но не перестала ценить настоящие произведения искусства, хотя сейчас хороший меч или лук были важнее украшений.

В общем зале я выбрала самый дальний угол. Оставаясь в тени, прекрасно видела других посетителей, но не прислушивалась к разговорам.

– Госпожа, – подавальщица принесла мне жаркое, нарезанные свежие овощи. – Это вам.

Она многозначительно посмотрела на блюда, расставленные на столе, и поспешила принять заказ у другого клиента.

Я подвинула тарелку с мясом ближе. Из-под нее показался лист желтоватой бумаги. "Третий дом справа от цветочной лавки. Скажите, что ищете работу" гласило короткое послание.

Кто-то хотел меня видеть, но свою личность стремился сохранить в тайне.

Ловушка? Вряд ли. Единственным моим врагом был император, но и он, кажется, оставил попытки найти меня. То ли поверил в мою смерть, то ли не слишком старался.

Пища уже остыла, аппетит пропал, но я заставила себя съесть все до крошки. Подперев подбородок одной рукой, другой выстукивала по столешнице незамысловатый мотив одной из местных песен.

Итак, я вернулась к тому, с чего начинала три года назад: ни дома, ни средств к существованию.