Серебряный змей

Возможно, брат был слишком пьян или злость придала мне сил, но я вырвалась и обрушила на его голову увесистый том самоучителя сайгарского языка. Никогда еще учебник не казался мне столь полезен, как в эту мгновение.

Кузен упал, схватился за голову, оскорблял меня так, как, наверно, не ругается конюх или сапожник. Я, готовая расплакаться от страха и унижения, вдруг рассмеялась.

На шум прибежала тетя. Я бросилась в ее объятия, умоляя о защите, но она неожиданно резко отстранилась и холодно произнесла:

– Такое поведение не красит моего сына, но его можно понять.

Должно быть, ты спровоцировала его. Воспитанный мужчина, каковым является Густаво, никогда бы не позволил себе ничего по отношению к девушке без ее на то согласия.

Слезы брызнули у меня из глаз. Я плакала, оправдывалась, но все было бесполезно. Густаво мерзко улыбался, а я чувствовала себя дворовой девкой, которую отчитывала хозяйка, и не смела поднять глаз.

Самый тяжелый удар ждал меня впереди: отец встал на сторону Розалии. Пряча от меня взгляд, призвал нас помириться и забыть о случившемся.

На этом свой долг родителя он считал выполненным, а я вдруг возненавидела его за слабость и неспособность защитить меня.

Я неделю не разговаривала с родственниками, не выходила из комнаты, практически ничего не ела. На восьмой день пришел Густаво. Долго извинялся, говорил, что от вина его рассудок помутился, и просил его простить. Сказал, что тетя задала ему такую трепку, какую он не помнил со времен юности.

Я простила, взяв с него обещание впредь вести себя прилично.

Все это время мы говорили по разные стороны двери. Страх оказался сильнее меня. После примирения брат попросил разрешения войти. Мне не хотелось его пускать, я вышла навстречу ему. Он кротко поцеловал мою руку и еще раз извинился.

С того злополучного вечера прошло больше трех месяцев. Густаво уехал по делам и до моего дня рождения не появлялся. Я устала злиться на отца и тетю, хоть и не смогла забыть то, что они мне сказали тогда. Простила обоих и почувствовала облегчение.

Как оказалось, зря…

– Не горячись, – произнес кузен, вырвав меня из плена воспоминаний. – Я потом все тебе объясню. Сейчас постарайся сыграть счастливую невесту.

Я собрала волю в кулак и обворожительно улыбнулась ему. Боюсь только, что улыбка моя была больше похожа на оскал.

Глава 2 Семейные тайны

Вечер подошел к концу. Гости прощались и разъезжались по домам. Осталось совсем немного. После полуночи должен был состояться обряд, которого я так ждала.