Обречённые

Этна робко присела подле скитальца, изредка бросая на него любопытные взгляды. От голода сводило нутро, а леденящий холод пронизывал до костей. Сколько бы она ни куталась в свои ветхие одежды, всё никак не могла согреться. Номус взглянул на дрожащую девушку и не раздумывая укутал её в свой плащ, крепко прижав к себе. Оказавшись в его объятиях, Этна затаила дыхание. Её сердце заполыхало, разливаясь жаром по груди. Она прикрыла глаза и положила голову на его плечо.

— Ты ведь маг огня? — спросил Номус. — Грейся. Переохлаждение может навсегда лишить тебя сил.

Этна слегка улыбнулась. Как же ей нравилось слушать его глубокий хрипловатый голос.

— Как ты оказался в Бездне? — спросила она в ответ. — Ты не похож на плохого человека.

— Здесь нет плохих или хороших, есть лишь обречённые.

— На что же обречён ты?

— Думаю, как и все мы, обречён вечно скитаться по Бездне и охотиться за пером.

— Все так жаждут выбраться отсюда... Как думаешь, есть во вселенной место хуже этого?

— Есть места куда хуже, но немногие здесь ищут лучшей жизни.

Кто-то обречён на вечные переживания и скорбь по своим близким, кто-то — на муки предательства, некоторых разрывает жажда мести.

— А ты? Что гложет тебя?

— Думаю, всё сразу...

— Каков был мир, в котором ты жил?

Номус ненадолго задумался, после чего ответил:

— Это была великая империя, единая и могущественная, с мудрым и справедливым правителем... моим отцом. Но затем к власти пришёл брат и утопил всю империю в крови.

— Поэтому ты так спешишь вернуться? За местью?

— Дело даже не в мести.

Каждый миг, пока я прозябаю здесь и ничего не делаю, мой кровожадный брат истязает наш народ.

— Но почему в Бездне ты, а не он?

— Потому что он оказался сильнее.

— Но...

— Хватит об этом, давай спать.

Он плотнее укутал Этну в свой балахон и легонько провёл пальцами по её волосам. Она прикрыла глаза, лежа на его груди и внимательно вслушиваясь в биение его сердца. И тогда целый мир бескрайней Бездны сузился для неё до этой маленькой пещеры, и один человек стал для неё целой вселенной.

Ощущая тепло его тела и слушая его неровное дыхание, она боялась уснуть и потерять эти драгоценные мгновения. Но вскоре усталость взяла верх, окунув Этну в омут глубокого сна.

Когда она открыла глаза, скиталец уже ушёл. Оставленный им огненный шар едва освещал низкие своды пещеры. Снаружи были тихо, буря уже давно оставила пустыню, забрав с собой последние отголоски громовых раскатов.

Этна приблизилась к огню и бережно положила его на ладонь.