Фантастика. Приключения. Детективы

Я поленился отлить перед сном, а в экстремальных условиях метаболизм ускоряется. Короче, не прошло и трех часов, как я вынужден был покинуть мешок и относительное тепло склада и выйти наружу – туалеты мы еще не организовали.

Спускаясь вприпрыжку обратно по лестнице, я чуть не налетел на Первого – он уселся на нижней ступеньке и принялся расчесывать свою бороду. Неужели уже встал, двужильный!

– С добрым утром, Лоуренс.

– С добрым утром, Скорпион. Как там наверху?

– Убойно.

– Естественно. А как вы думали? Но красота-то какая!

– Да я, собственно, особо не оглядывался.

Но вот… – я запнулся.

– Продолжайте, раз начали.

– Мне показалось, что я слышал рычание.

– Рычание?

– Да.

– Чье?

– Да мне было не до того. Мало ли, собаки из Амундсена-Скотта бродят.

Первый внимательно посмотрел на меня:

– Я читал, что в России есть идиома – «собачий холод».

– Есть.

– И что это значит?

– Что очень холодно.

– Точнее, это такой холод, когда хороший хозяин не выгонит собак на двор сторожить.

Так вот, сейчас наверху потеплело – минус шестьдесят семь. Такие температуры наблюдаются в России только на территории Восточной Якутии. Так что холод более чем «собачий», и никакие собаки ни из какого Амундсена-Скотта нигде не бродят.

Я промолчал.

– Не говоря уже о том, – продолжил Первый, – что вчера я улучил момент, влез на утес и осмотрел в бинокль окрестности. Пусто.

– Где же они?

– Я связался с ними через спутник. Оказывается, еще полгода назад они откочевали на десять миль к северу.

– Вот оно что! Так кто же тогда рычал?

– Никто.

– Но я слышал…

– … собственный сон. Вы валитесь с ног, Скорпион. А вы мне нужны бодрым. Приказываю – спать! У вас есть еще четыре часа.

– А вы?

– Я заполнял журнал, сейчас тоже пойду спать.

Нет, молекула воды, все-таки, особая субстанция. Простенькая конструкция: ядро из восьми протонов и восьми нейтронов, два электрона на внутренней оболочке и восемь на внешней, и два протона на отлете под углом сто пять градусов.

А чего она только не вытворяет!

Как ни странно, все проснулись бодрыми и энергичными. Хусейн соорудил отличный завтрак, даже пожарил колбасу с яичницей и сварил кофе по-турецки. Набив животы, мы смаковали кофе и ждали ЦУ от Первого. А он, почему-то, не торопился:

– Знаете, мы сейчас находимся в огромной толще чистейшей воды, – он словно размышлял вслух. – Ни в какой водоем мы не можем погрузиться так полно и так надолго, как в этот лед.