Магистр и странница

Адепты поклонились, забрали вещи со ступеней и направились в сторону купален, переговариваясь между собой.

– Идём?

– Идём.

В Храме никого не было.

– Хельвиг Aс’Шелл Шассер, – сказал Амер Хант.

Бэхор кивнул, опустился на колено у Стены теней и провёл стилетом по ладони, кровь закапала на плиту.

– Д’ха вакенэ! Я, тот, что называю себя Бэхор Акелар Хант, клянусь, что я никогда не предам ту, что известна мне под именем Хельвиг Aс’Шелл Шассер. Клянусь хранить и защищать. Если я нарушу клятву, пусть кровь моя меня убьёт.

Капли крови впиталась в камень.

– Клятва принята, – сказал магистр.

– Доволен? Может, теперь расскажешь, зачем ты меня привязал к той, кого нельзя огорчать?!

Магистр развернулся и отправился во Дворец Теней. Бэхор последовал за ним.

– Потому что она – хранительница баланса, – произнёс наконец Амер Хант.

– Так и все мы тут.

– Все мы, возможно, и тут, а она – хранительница.

Бэхор в недоумении посмотрел на магистра:

– Подожди-ка, Амер... ты что, хочешь сказать, что наша Хельвиг?.

– Да.

– Ты это серьёзно?

– Скажи, Бэхор, ты никогда не замечал, как над нашим солнечным городом дождик накрапывает, когда она расстроена?

Бэхор посмотрел на повисшую над Т’Хаш-Садживаном тучу.

– Но это невозможно! Странницы исчезли несколько тысячелетий назад!

– Невозможно сам знаешь, что против ветра. А ты просто не видел, что происходит, когда Хельвиг в ярости.

– А ты, я так понимаю, видел?

– Да, я видел.

– И что?

– И больше не хочу такого видеть и тебе не советую.

– Расскажешь?

– Не сейчас, – нахмурил брови Амер Хант, – я так до конца и не разобрался, что именно тогда произошло.

– А кто её настоящие родители?

– Какая-то подозрительная история, – отец – маг огня, погиб в процессе магического эксперимента. Кто мать – никому не известно. Мне кажется, мачеха эта что-то скрывает, и Хельвиг она боится, и даже, вроде как, уважает. Но не любит.

– А поговорить, если? Ласково.

– Давить на неё я не хочу. Вдруг она под клятвой?

– А вдруг её мачеха всё же что-то знает и проболтается?

– Ну если столько лет молчала, есть неплохой шанс, что будет молчать и дальше. Я не хотел бы её убивать, вдруг она ещё окажется полезной? Как-то ведь пришла в её кудрявую голову мысль написать мне.

– А что она тебе такого написала, что ты сам поехал?

– Написала она, что её падчерица хотела бы поступить в академию Т’Хаш-Садживана.