Магистр и странница

А вспомнит ли он её имя, кто она, и то, что не хочет причинять ей боль, когда ему что-нибудь не понравится в следующий раз? Наверное, нет.

Кого он вообще хочет сейчас обмануть? Её? Или себя? И почему всё время решает за неё? Считает, что она дитя? Говорил, что не пленница, а сам запер в Башне. На это всё ответов у неё не было, но на его вопрос она ответить могла:

– Не считай меня своей собственностью. И не решай за меня. Мне нужно иметь возможность решать самой.

– Хорошо. Хорошо любовь моя, я сделаю так, как ты хочешь, только прошу тебя, не плачь.

Магистр говорил красиво и нежно, ему хотелось верить. Хотелось его обнять и утонуть в его страсти, не оставляющей места для ненужных мыслей.

Возможно, если бы она была глупее, то была бы счастливее, подумала Хельвиг.

Несколько капель дождя упало на песок.

– Пойдём в дом?

Она кивнула, Амер Хант поднял её на руки и спросил:

– Переночуем здесь?

– Хорошо, – ответила она.

Она проснулась в его спальне. Солнце было почти в зените. Амер Хант лежал рядом в лёгких домашних брюках, шелковом халате и наблюдал за ней задумчиво.

Пустота исчезла из его глаз, на неё смотрел не убийца и не магистр Ордена Теней, а просто Амер Хант.

– Амер? Прости, я, кажется, проспала, – смущённо пробормотала Хельвиг.

– Спи сколько хочешь, – ответил он. Я никуда не спешу.

– Тебе не нужно в Орден?

– У меня другие планы.

– Какие?

– Это зависит от того, чем ты хочешь заняться.

– Наверное, прогуляться по парку и поплавать в море.

– А завтрак?

– И завтрак.

– Тогда я прикажу накрыть на пляже. И вот, – он положил на постель свёрток, – купальный костюм.

Они и в самом деле завтракали на пляже. Хельвиг, впервые увидевшая бухту при свете дня, застыла в восхищении перед этим чудом природы.

Бухта была похожа на половину чаши. С одной стороны её обрамляла высокая отвесная скала тёмного камня. На её вертикальной поверхности как-то росли, прижавшись к ней изогнутыми свечками, редкие сосны. Песок у её подножия был чёрным.

В море виднелись камни, продолжавшие чашу контуром пиков, оставляя свободным один широкий вход в бухту.

Вдоль скалы по пляжу шла деревянная дорожка. Оттуда, где скала начинала уходить в море, дорожка продолжалась, нависая над водой. А там, где она заканчивалась, покачивалась на волнах небольшая двухмачтовая лодка.

С другой стороны чаша была ниже и стена чем-то напоминала Стену теней, – она была такой же ровной и закруглённой, из белого, прослоённого жёлтым, камня.