Магистр и странница

При виде дёргающегося на земле безголового тела пожирателя, отдалённо напоминающего склизкого двулапого лысого пса с хвостом ящера, и пёсьей головы с зубастым клювом в его руке, магистра охватила уже абсолютно неконтролируемая ярость и он смутно помнил, как расправился с остальными четырьмя.

Когда красноватый туман перед глазами развеялся, он окинул взглядом то, что лежало вокруг него и осталось от клеток и тварей. Ошмётки тварей разлагались. А он опять чувствовал себя зверем, готовым рвать их зубами.

Он оглянулся на своего эмиссара, и тот отшатнулся от него. Дэрин побледнел и старался дышать через раз.

– Меч! – Потребовал магистр.

– Что? – не мог прийти в себя тот. Дэрин понимал, что рядом с ним стоит, подкравшись непозволительно близко, неизвестный хищник, унюхавший свежую кровь. Или обед. Сейчас он ощущал себя именно таким обедом. Его инстинкты буквально вопили ему, что надо бежать, и он прилагал неимоверные усилия, чтобы просто стоять на месте.

– Мой меч!

– Да, магистр, – опомнился его эмиссар.

Амер Хант забрал свой меч и ушёл. Ему стоило находиться подальше от людей и дело было не в тварях.

– Бэхор, что это с ним? – магистра больше здесь не было, и Дэрин пришёл в себя, он с недоумением смотрел на исчезающие останки теневых тварей.

– Семейные проблемы судя по погоде.

– При чём тут погода?

– Это тебе лучше спросить у магистра. Помнишь, клятва.

– Бэхор...

– Да?

–... как он их убил, а?

– Оторвал головы. Пару просто разорвал. Это было эффектно, я прямо залюбовался. Жаль, рисую я не очень.

– Мы пробовали, это невозможно. Их даже в руки заставить себя взять невозможно.

– Человеку невозможно.

– А он, что, не человек?

– А что, похож?

– Сейчас мне показалось, что нет.

– Только сейчас? Дэрри-Дэрри.

– Я, что, настолько глуп?

– Нет, это он настолько хорош, что умеет казаться человеком, хочешь анекдот? – Бэхор ковырялся в траве длинным тонким стилетом и подцеплял им кольца, а потом скидывал на дорожку, – ещё два куда-то закатились, ты не видишь?

– Какой?

– Помнишь адепта Неймара Ханта, двадцать лет, наивный весь такой и правильный?

– Который за Элайей ходил грустной тенью?

– Так ты знал?

– Да, наверное, кроме Элайи, все знали.

– Я тоже не знал. В общем, он магистра рвался на поединок вызвать.

– Зачем?

– Из-за Элайи. Её выбрали тени.

– Про Элайю мне сообщили.