Музы изящной словесности

Муза в союзе – великая сила!..

«Во как стихами чешет! – невольно восхитилась Серафима. – Как по писанному. Может быть, она – поэтическая Муза? Давно у нас такие не рождались...». А далее она услышала мужской голос:

– Где тут этот ваш домик творца?

– Нам вот сюда.

И Серафима увидела, как на тропинку выбрались паренёк, знакомый по утренней встрече, и Муза Юлия. Рука девушки была в руке парня. Он не стал возвращать себе свой реальный внешний вид, так и шёл в образе полуголого красавца-атлета.

– Коннити Ва, – поклонилась Музико.

– Чего? – ошалело спросил парнишка.

Чувствовалось, что он ещё не привык к обстановке светлого Дома, что всё его удивляет.

– Это означает: здравствуйте, – шепнула ему Юлия. – Это Муза. Музико-сан. Она так здоровается.

Гуагурова понимающе усмехнулась. А серые глаза Юлии сияли торжеством. «Добилась своего, значит, – подумала Серафима. – Даже не знаю: радоваться мне за тебя, девочка, или огорчатся? Но что добилась – уже молодец.

Она кивнула и махнула рукой, приглашая их зайти в дом.

ГЛАВА VI. Приём посетителей. Могусов.

Едва войдя в кабинет с творец-машиной и усевшись на стул, парень удивил Серафиму неожиданным вопросом:

– А могу я ноги на стол положить? Мне так удобней. Я сниму ботинки, если вы волнуетесь.

Тут он увидел, что он в образе, что обуви нет. Улыбнулся самоуверенно:

– А у меня, кстати, и ноги босые…

– И грязные! – припечатала Серафима.

– Но это неудобно, – едва слышно прошептал парень.

«Вот ведь достанется такой автор – и мучайся с ним! – подумала Серафим. – Бедная Юленька.». Украдкой она бросила взгляд на Вита. Тот улыбался, закрывшись листом бумаги.

– Представьтесь, пожалуйста, – сухо сказала Серафима.

– Автор. Молодой. Талантливый, – самоуверенно заявил парень. – Могусов-Паприкен-Запэ.

Серафима чуть не поперхнулась.

– Ого! Это имя такое? Или фамилия? Или это такой авторский псевдоним?

Могусов-КТО-ТО-ТАМ вдруг фамильярно подмигнул Серафиме:

– Это очень интимный вопрос. Я…

– Он может рассказать об этом только Музе, с которой его соединят союзом, – поспешила объяснить Юлия, демонстрируя свою сопричастность к секрету парня.

– Понятно, – сказала Серафима, а сама подумала: «Идиотизм! Бедная Юленька! Дай ей творец сил…».