Ошибка переводчицы

– Я ничего не скрываю, – насупилась я. В этом лагере все такие подозрительные. – То есть, конечно, я не всё о себе рассказала. Но, честно, зла не замышляю. Даже наоборот!

– Хочется верить в твои благие намерения, но вся эта ситуация очень странная. Как туристка оказалась в лесу близ имперского военного лагеря.

– Совершенно случайно.

– Допустим. А почему командир вообще поверил в твою историю, еще и кулон защитный повесил?

– Ой! – я вцепилась в чужую вещь в форме металлической ракушки. – Сейчас вернусь.

Палатка командира располагалась через две палатки от кухонного шатра.

Стучаться было некуда, поэтому я предупредила о своем появлении голосом.

– Входи, Элиза, – откликнулся Драгомир.

Сняв сапоги, я залезла в маленькую тканую комнату. Драгомир с фонариком нависал над картой местности и что-то чертил.

– Я не вовремя?

Мужчина усмехнулся.

– Время есть всегда. Сколько здесь служу, на нас напали лишь раз и то по ошибке.

– Понимаю их.

– Смотри, – Драгомир перевернул карту в мою сторону. – Здесь ты упала на меня, на этой дороге. А здесь мы встретили разбойников и спасли Ладку. А вот тут мы находимся сейчас.

– Кругом один лес, – задумалась я. – Откуда взяться туристке?

– Теперь ты понимаешь, почему не все солдаты тебе доверяют. Это их работа. В каждом видеть, прежде всего, врага. Хотя воевать тут, по правде, не с кем.

– Пусть так будет дальше, – голос дрогнул. – Мне очень надо в столицу.

– Не переживай, я провожу тебя до Клёновки, там наймешь повозку до ближайшего города. А оттуда уже до столицы.

– Как еще раз? То село, над которым я пролетала, назывался Клёновка?

Я нервно засмеялась. Угораздило же!

– В Дашкенте я жила на Кленовой улице, а тут…

– Совпадение, – улыбнулся в ответ Драгомир, – или судьба.

Мы помолчали, думая каждый о своем. Я о родине, а о чем думал Драгомир – было загадкой.

– Обе-е-ед! – кричала Блейк. – В очередь стройсь!

Драгомир положил мне руку на плечо, мягко, но уверенно выталкивая из палатки.

– Стой, подожди! – возмутилась я негостеприимству хозяина. – Я же кулон отдать хотела.

– Потом, Элиза, – вытолкнул меня на улицу Драгомир, – я голодный как волк. Всё потом.

Оперативно вокруг костра были выложены бревна и пни, чтобы все могли сесть.