(Не)реально? или Приснись мне снова

Но, судя по всему, есть только одна кандидатура. Девушка, покорившая сердца всех работников в компании Ника, организовавшая сбор денег на операцию, отправившая меня сюда. Это Алиса?

— Конечно.

— Но откуда ты её знаешь?

Я не выдержал и засмеялся. Всё происходящее напоминало какой-то чёртов индийский фильм, не хватало только песен с танцами.

— Она моя сестра. Младшая.

Саша так мило удивлялась, что я не выдержал, и, схватив её в объятия, поцеловал.

— Как всё это странно! Я столько времени знала Алису, общалась с ней.

— Ну ты же знаешь этих эльфиек. Они любят напустить таинственность. Никогда не скажут прямо. Как Дарр смог к этому привыкнуть, не знаю.

— Но почему они здесь? Я думала, у них всё хорошо, и они будут жить долго и счастливо в том мире...

— А вот этого я не знаю. И тоже очень хочу выяснить.

— Знаешь, у меня возникла идея. Давай, я не буду ничего говорить Нику, а ты просто привезёшь Алису в Гамбург? Она всегда так интересуется его здоровьем, звонит мне каждый день.

— Хочешь посмотреть шоу?

— Нет, хочу увидеть, как выглядит настоящая любовь.

— Правда? Тогда посмотри на меня. Видишь?

Саша улыбнулась, посмотрела на меня, обняла за шею и поцеловала.

— Я люблю тебя, Арти. Всегда.

— И я люблю тебя, Саша. Всегда.

Эпилог

Империя Драконов, несколько лет спустя

В одном из многочисленных залов императорского дворца вот уже несколько десятилетий стояла мёртвая тишина.

В центре зала, на большой, украшенной искусной резьбой и позолотой кровати спали двое: светловолосый мужчина в форме высшего командира имперских войск и синеволосая девушка в нарядном платье. Они лежали на спине, вытянув руки вдоль тела, и впервые попавшему сюда могло показаться, что они и не спят вовсе, столь пугающей была их неподвижность.

Несколько раз в год сюда приходили члены императорской семьи, чтобы побыть наедине со своими родителями и выразить надежду на их скорое возвращение. Почти пятьдесят лет назад император Дарр и его жена Нимерис погрузились в волшебный сон, строго приказав охранять их, но не пытаться разбудить даже в случае чрезвычайной угрозы.