Хранилище

– Принимайте мистер Астриэн. Прекрасная леди говорит, что сегодня вы ее катаете. А у меня пара через пять минут начинается, – и обернувшись ко мне, – в шесть зайду, будешь на месте?

– Буду. Я теперь буду сидеть и ждать тебя верно и преданно, тем более с передвижением у меня сегодня все равно проблемы.

Рыжик передал меня Дэну и ушел, провожаемый взглядами толпы. Пока он не скрылся, я ткнула замершего парня в бок и сказала, – бежим. Они сейчас отомрут и за нас примутся.

Он честно побежал, ну не побежал, очень быстро пошел в противоположную сторону.

– Эй, нам здесь повернуть нужно было, у меня пара в другом корпусе.

– Энн, а это что сейчас произошло?

– Что? – Посмотрела на злые глаза при общем потерянном виде и смилостивилась, – это была встреча старых друзей. Не обращай внимания, мы давно знакомы.

– А зачем ты тогда от него бегала?

– Так я же не знала, что он это он.

Дэн остановился и посмотрел на меня возмущенно.

– Как это не знала, мы с Алисией тебе столько рассказывали.

– Так вы имя не называли, профессор и профессор. Аля вообще только красавчик говорит, а ты - то гений, то великий.

– Энн, это лучший учитель артефакторики, что был у меня за всю жизнь. А теперь он называет меня синеглазик и запомнит как твою лошадку.

– Да не волнуйся, я тебя тоже синеглазик называю и ничего, нормально же все.

– Что-о-о?

– Ну не синеглазик, а синеглазка, но принцип то один.

– Это ты ему сказала?

– Нет, да успокойся уже. Он отличный парень, чувство юмора, конечно, своеобразное. Но ничего, к шуточкам ректора же привык, нормально общаетесь. С Эдом тоже поладишь.

– Он не парень и не Эд, он профессор Норбид, а из-за тебя у него складывается неверное представление обо мне. И с чего ты вообще взяла, что у Полонда есть чувство юмора? А тем более, что я с ним общаюсь?

– Дэн, а вы защиту ломать как хотите? Не общаясь? И с мамой твоей его ничего не связывает, давно не связывает, еще с тех времен, как вы в королевствах жили.

Он остановился и поставил меня на пол. Посмотрел с высоты своего роста.

– Откуда ты все это знаешь?

– Сам рассказал, ты его, конечно мерзким дядюшкой сколько угодно именовать можешь, но это ничего не поменяет.