Тайна перламутрового дракона

– Важнее… всего остального?

– Это же настоящее золото, – совершенно ошеломленно пробормотала Ора, желая довести свою проверку до конца, и внезапно до ужаса испугалась собственной фразы, потому что Дан побледнел и опустил голову, как будто не желал ее больше видеть.

– Я думал… ты другая… – упавшим голосом проговорил он. – Но если ты тоже… – он выдохнул, натянутый, как тетива лука, и вдруг шагнул к ней, больно схватил за руку повыше локтя и заставил посмотреть себе в глаза. – Такая же, как все мое семейство? Ради перстня с бриллиантом готова душу продать? Энда, я… Я был уверен!.

. У тебя же сердце совсем другое! Ты же в госпитале работаешь, людям помогаешь! Или… тоже… ради денег?..

– Дан… – растерянно выдохнула Ора, отчаянно пытаясь сообразить, как оправдаться. Столько гадостей она уже про него насочиняла, но даже подумать не могла, что он может оказаться не просто честным, а еще и бескорыстным! Создатели, да как же она не поняла-то сразу? Ведь все его поступки только такую черту характера и выдавали. А теперь? Как объяснить, если правда ничем не лучше лжи? Проверяла.

Парня, который без тени сомнений всего себя ей отдал, проверяла. Ойра милосердная!..

Дан отпустил, бессильно уронив руки. Снова отвел глаза. Заговорил глухо, бесцветно:

– У меня отец – ювелир. У него каменный дом рядом с градоначальничьим и лавки в пяти городах, и он один из самых богатых и уважаемых людей в Армелоне. Он считает, что если у человека рольдингов меньше, чем волос на голове, то тот не стоит и крохи уважения. Мы не общаемся четыре года: с тех пор как мне стукнуло пятнадцать и я поступил в дружину.

Он отрекся от меня и лишил наследства. Так что если ты рассчитывала на выгодную партию…

– Я умею находить золото, – не выдержав такого тона, прошептала Ора. – Или оно умеет находить меня. Стоит мне только захотеть, и оно появляется само собой. Создатели считают это даром, а я – проклятием. Из-за него… – Ора едва было не заговорила о Берге, но вовремя опомнилась: уж ему-то здесь совсем не место, – я и попала в плен.

Люди слишком боготворят золото. И я… очень боялась, что и ты тоже…

Она сама не заметила, как по щекам побежали слезы. Но потерять Дана оказалось еще страшнее, чем узнать о его корысти. Сможет ли он простить? Захочет ли понять? О его гордости можно было судить хотя бы по ссоре с отцом, но неужели и Ора станет для него таким же изгоем? После всего, что было? И после того, как она поняла, что… любит его?

Он прикоснулся к ее лицу, осторожно стирая соленые капли.