Тайна перламутрового дракона

Может, когда-нибудь мне удастся убедить тебя, что я не получаю удовольствия, глядя на чужие страдания.

Ана вспыхнула, вспомнив Сойку и те слова, которыми наградила тогда Хедина. В тот момент она действительно готова была поверить, что у него нет сердца. Но с тех пор прошло целых три дня. И все совершенно изменилось.

– Если Райде сбежит, тебе же сильно достанется, – предостерегла она, но Хедин только хмыкнул.

– Переживу, – почти задорно заметил он, однако Ана почему-то ему не поверила. – Зато спать буду спокойно. А это, знаешь ли, в нашем деле немаловажно.

Он наконец обернулся, улыбаясь, желая свести все в шутку и избавить Ану от переживаний, но она смотрела на него во все глаза и ощущала, как исчезают последние подлые сомнения.

– Я тебя люблю! – просто сказала она, не страшась никаких неприятностей. Ее сердце было наполнено самым светлым чувством, и она хотела лишь, чтобы Хедин ощутил ее поддержку и чтобы ему стало от этого легче.

Быть может, потому чудо и произошло?

Он тряхнул головой, словно не веря своим ушам, а Ана нежно и чуть ободрительно улыбнулась.

– Девочка моя! – звенящим восторгом выдохнул Хедин, и Ане больше не понадобилось никаких объяснений. Все они были в этом гулко бьющемся сердце, в трудном надрывном дыхании, в невероятно искренней близости – и потом в отчаянных поцелуях: восхищенных, нежных и страстных одновременно. Так невозможно притворяться, так можно только чувствовать, и Хедин отдавал себя Ане со всей щедростью, словно старался что-то доказать, а она ощущала за спиной настоящие крылья – сильные и способные вынести из любых испытаний.

– Никогда тебя не отпущу, слышишь?! – выпалил Хедин, взяв ее за голову и с шальным счастьем глядя в глаза. – Всю жизнь по тебе с ума схожу! Одержимый!

– Голубоглазый… – с трудом понимая, что говорит, поправила Ана, и Хедин снова сжал руки, припечатав ее к своей груди, и оттого, что та вздымалась высоко и неровно, Ану потянуло на несвойственное ей кокетство.

– Прям-таки и всю жизнь? – весело спросила она.

Хедин провел пальцами по ее косе, словно оттягивая ответ. Потом пожал плечами.

– Не всю, – признался он. – Первые три года не сходил.

Ана прыснула и вдруг почувствовала, как он напрягся. Вдумалась в ответ, подняла голову.

– Пока я не родилась? – уточнила она и, получив неловкий кивок, наконец все осознала.