Тайна перламутрового дракона

Ана кивнула, взяла Легана за руку и повела в каморку их деда. Где был сам Эйнард и почему не мог заняться обожаемыми внуками, она выяснять не стала: сердце замирало в предчувствии новых открытий, и Ана не хотела его разочаровывать.

Риана, разумеется, и тут пожелала все сделать сама, и Ане пришлось согласиться. Однако, проявив характер, первым делом она отправила племянницу мыть руки.

– Не бывает докторов с такими грязными ладошками, – заявила Ана, а в ответ на уверения Рианы, что она, мол, теперь не доктор, а дружинник, предложила посидеть в уголочке и поиграть в куклы, пока она будет оказывать нуждающемуся помощь.

Большего оскорбления племяннице невозможно было и нанести. Риана терпеть не могла девчачьи занятия, поэтому сверкнула темными глазами и со свистом умчалась к рукомойнику. Ана хотела было последовать за ней, но Хедин остановил.

– Прослежу, – улыбнулся он, и Ана невольно улыбнулась в ответ. Как же это было приятно! Не сгорать от ревности, не плеваться от боли ядом, не пытаться продумывать каждое слово, чтобы обязательно выйти победительницей.

Однако все ее благие намерения исчезли, когда по возвращении у Хедина на рубахе не оказалось сухого места. Риана хихикала и отводила от суровой тетки взгляд, надеясь, что все ее негодование достанется старшему товарищу, но Ана в поисках справедливости не делала скидки ни на возраст, ни на родственные связи.

– Ты знаешь, что будет, если Хедин заболеет? – строго спросила она у племянницы, нарочно не замечая второго шкодника.

– Все время читать? – с ужасом спросила Риана. Грамоты она, конечно, еще не знала, но самозабвенно рассказывала заученные наизусть сказки, листая для пущей важности страницы книг. Однако делала это исключительно по собственному желанию и никогда – из-под палки, ненавидя любое ограничение своей свободы.

– Заманчиво-то как. Особенно если ты заменишь племянницу, – шепнул Ане на ухо Хедин и тут же нарвался.

– Раздевайся! – рыкнула она. – Пока мы будем тебя бинтовать, рубаха высохнет на печи. Дитя малое!

Хедин усмехнулся, но послушался. Стянул рубаху, ловко закинул ее на горячий угол и уселся на лавку, готовый к лечению.

Ана, стараясь не смотреть на него, принялась рассказывать племяннице, как и что делать.