Тайна перламутрового дракона

Поэтому, когда лучший друг, явно ничего перед собой не видя, спрыгнул с помоста, Вилхе зажал его между собой и Кедде и потащил к себе домой.

Хедин не сопротивлялся, словно вообще не понимая, что происходит, а Вилхе не знал, радоваться этому или пугаться. С одной стороны, ни Ана, ни город не пострадали, а разъяренный Хедин способен и словом приложить, и кулаками в зависимости от того, кто выступал оппонентом. С другой – таким Вилхе товарища вообще никогда не видел и понятия не имел, чего от него ожидать.

Поэтому предпочитал держать его под надзором и контролировать каждое движение.

Кайя – лучшая из женщин на всем белом свете – слова поперек не сказала, когда они втроем ввалились в дом и Вилхе потребовал нести все настойки, что остались у них со свадьбы, потому как ничего лучше, чем напоить Хедина до беспамятства, Вилхе тогда придумать не мог. У него не было правильных слов, чтобы поддержать товарища, и он не был уверен, что Хедин эту поддержку оценит, а не примет за насмешку или жалость.

Вилхе на его месте первым делом послал бы самого себя ко всем известной бабушке просто за то, что был братом Аны. А Хедин, глядя в одну точку и не произнося ни слова, только опрокидывал в рот одну кружку за другой и, казалось, вообще не чувствовал воздействия хмеля.

Где-то посередине между тем, как они начали, и тем, как Вилхе отрубился, Кедде откланялся.

– Вот появятся у вас дети, быстро с пьянками распрощаетесь, – заявил он. – А я к тому времени уже матерым дедом заделаюсь – оторвусь за все простои.

Вилхе не мог его осуждать. Это для него друзья всегда были на первом месте, несмотря на самую искреннюю любовь к жене. Кедде же, получив желанную девушку, превратился в неисправимого семьянина. А уж когда у него сын родился, и вовсе выбирался из своей берлоги по большим праздникам. Совершеннолетие Хедина было как раз одним из таких «больших». Вот только окончание у него вышло совсем не таким, как представлялось.

Как ни старался Вилхе пить поменьше, а другу подливать побольше, в этом деле Хедин его обставил вчистую. Если память Вилхе не изменяла, даже до кровати его, бессознательного, доволок именно Хед, а вовсе не Кайя, приткнувшаяся позже рядом. И теперь таращившая на Вилхе испуганно-виноватые глаза.

– Что? – хрипло из-за пересохшего горла спросил он. Кайя горько вздохнула и отвела глаза.

– Я Хедина… не смогла удержать… – пробормотала она.