Тайна перламутрового дракона

Она бросила лучшего друга умирать, пойдя на поводу ревности и отвратительного эгоизма, и теперь не могла даже вздохнуть, сполна прочувствовав, что натворила.

В секунду стала неважна его глупая помолвка с Аной, его жестокие слова и подозрения в ее распутстве, его равнодушие и неприятие Джеммы как достойной его девушки.

Все это просто исчезло, и осталось лишь сочащееся кровью понимание своей подлости и невозможности хоть что-то исправить. Джемма потеряла свой шанс стать счастливой, но какое это имело сейчас значение? Если Эдрик… Если он…

Богини, а вдруг все уже кончено? И он лежит в лесу, мертвый, и никогда больше не откроет глаз? Не улыбнется – скромно и бесконечно мягко – так, что Джемму пробирало до кончиков пальцев? Не скажет какую-нибудь очень правильную чушь, которая не имела никакого значения, когда они были вместе, но которая почему-то казалась важной.

Гораздо важнее, чем чувства. Может, потому Джемма и старалась скрыть свои, не понимая, нужны ли они Эдрику или он видит в ней только подругу детства.

Эти сомнения изводили ее много лет, но они показались сущим пустяком сейчас, когда накатил беспросветный ужас и все внутри сжалось в предчувствии неминуемой беды. Горло перехватило, вызывая приступы тошноты, и Джемма распахнула окно, чтобы холодный воздух помог их преодолеть.

В голове чуть прояснилось. Джемма высунулась наружу, судорожно проталкивая свежий воздух в легкие, и неожиданно поняла, что должна делать.

Забыв про теплую накидку, она в одном платье выбралась через окно из дома и стремглав бросилась к городским стенам.

Ей не страшна была темнота. Ей вообще не было страшно ничего на свете, кроме неподвижного Эдрика, наказавшего ее за жестокость так, что больше уже ничего не останется.

Об этом нельзя было думать, потому что ноги моментально слабели и отказывались двигаться дальше, нюх исчезал, растворившись в беспросветной панике, а сердце осыпалось безжизненными осколками, становясь все меньше и теряя способность биться.

И Джемма сознавала, что, убедив себя в страшном, может просто не дойти.

Чем ближе становился лес, тем сильнее накатывал страх, но тем быстрее шагала Джемма, не переходя на бег только потому, что опасалась пропустить что-нибудь важное. А вдруг боги сжалились и Эдрик сумел самостоятельно выйти из чащи? Или кто-нибудь случайно нашел его и помог вернуться в Армелон? Как же хотелось в это верить!

Но след был только один.