Печать Забытой магии

Оживший же и вовсе вцепился в торчащие в разные стороны волосы и взвыл: 

– Ыыыыым! 

Рядом со мной замер Дэм и, глядя на эту картину, сложил руки на груди и добавил: 

– А может, ты его развеешь? Случайно, естественно. 

Новоиспеченный "Вася" и вовсе присел после этих слов, а вот Вероника замерла, тихо отложила ложку и, взяв в руки поварешку, повернулась в нашу сторону. 

– Обидите Васю и погром на кухне вам покажется сущей мелочью! Даже не думайте, вы двое, – тут она воинственно ткнула в нашу сторону половником, и я еле сдержал смешок, – что вам это сойдет с рук! 

Вася, – ужас, какое прилипчивое имя! – поняв, что у него появилась защитница, начал медленное движение в ее сторону.

– Да чего ты его защищаешь? Это вообще...

– Оживший. Наш повар, – не дал я ему договорить. Незачем малышке знать, что под свою опеку она взяла бывшего душегуба и разбойника. Пока он подчиняется мне и моей магии, с рыжей упрямой головы и волос не упадет от его руки.

– Нет! Он единственный, кто за двое суток в этом доме догадался меня покормить! А вы только и можете, что пугать, тискать, – она посмотрела на Дэма и перевела взгляд на меня, – и равнодушно сообщать "Делай что хочешь!". 

Кажется, впервые с тех пор, как мы с Дэмом разделились, мне стало стыдно за свое поведение. Вероника права. Я назвал ее гостьей этого дома, но не побеспокоился об удобстве и безопасности девушки.

– Прошу за это прощения, подобного больше не повторится. Естественно, Васю никто не тронет только за то, что он позаботился о тебе. Кушай, а потом приходи в мой кабинет, твой… – тут мне пришлось слегка запнуться, подбирая наиболее верное слово, но мысленно махнув рукой на условности, продолжил: – твой друг проводит тебя и мы, наконец, сможем нормально поговорить.

Коротко кивнув Птичке, замершей с крайне удивленным видом, махнул рукой Дэму и вышел из комнаты. 

– Вась, а Вась. Ты это тоже слышал? – тихий шепот прилетел нам в спины.

– Ыыгы, – промычал в ответ оживший, вызвав у меня усмешку. 

Даже Дэм с удивлением косился в мою сторону. Согласен, обычно я не извинялся за свои поступки, уверенный, что мои решения верные.