Лавка магических сладостей госпожи Солары

Но, дражайший дядюшка, матушка вряд ли предполагала что вы просто возьмете и исчезнете на пять лет. Оставив все заботы по лавке на меня.

– Или вы на лавку тоже претендуете? – прищурилась девушка.

Судя по выражению дядькиного лица, он явно претендовал.

– Увы и ах, – злорадно рассмеялась Таня, слова из которой опять полились ручьем.

– Должна вас огорчить, – девушка растянула губы в широкой улыбке, – Согласно указу бургомистра лавка отчуждению не подлежит. Она записана на мое имя уже пятый год. Как и весь дом, – жестко закончила Таня.

Клим сжал кулаки и желваки заходили по щекам.

– Согласно указу бургомистра, говоришь? – нехорошо усмехнулся мужчина. – Ну, это мы еще посмотрим.

Он с трудом сглотнул, повернулся и тяжелой походкой отправился прочь.

Таня смотрела ему вслед и ушла в лавку только тогда, когда дядька скрылся из глаз.

Дверь за ней захлопнулась мгновенно. Девушка почувствовала, что ноги ее не держат и просто сползла по стеночке на пол.

У Тани было такое чувство, будто вся радость и энергия, с которой она возилась с выпечкой, разом вытекла из нее.

Она обхватила себя руками и вдруг почувствовала, как кто-то сопит ей прямо в ухо.

Глава 15

– Ой, да не до тебя сейчас, Рыська, – отмахнулась Таня. Тут проблемы с наследством, а тебе бы все на ручки…

Девушка вздрогнула. Рыська?! Как Рыська, откуда? Да она ведь ушла за радугу еще в прошлом году…

И откуда бы тут взяться кошки с разноцветными глазами и обрубленным хвостом.

Рыська любила вот так забраться к ней на руки или вечером, особенно когда Таня приходила расстроенная, ложилась рядом и уютно сопела.

Но сейчас Таня далеко от родного дома. Да и Рыськи нет давно.

– Т-ты кто? – девушка шарахнулась в сторону и взвыла, пребольно ударившись локтем о чуть выступающую из порожка доску.

Сопение прекратилось. Послышался шепот. Два голоса, один низкий, а другой довольно высокий, явно о чем-то спорили.

Наконец раздался тяжелый вздох и перед Таней материализовалась маленькая плотная особа росточком ей до колена.

Личико у нее было гладенькое и глазки сверкали из-под сведенных на переносице черных как смоль бровей.

Таня пригляделась - а сверкали-то глазки неведомой дамочки от слез.

– Доброго здоровьица тебе, девица! – особа поклонилась и шмыгнула носом.

– Аникеюшкой меня кличут. Домовушка я здешняя.