Я тебя прощаю. Чужая любовь

Тебе и Эрилу невероятно повезло, что вы встретили друг друга. Ты же понимаешь, о чем я говорю?

— Думаю, да.

— Это не просто высокопарные, красивые слова, а правда! Пройдет немного времени, и ты научишься улавливать настроение этого идиота, его эмоции, а он — твои. Последнее, что хочет сделать оборотень, это обидеть свою пару. Дай немного времени на притирку.

— Дам, конечно.

— А ссоры? — Миа выразительно фыркнула. — Не ссорятся только мертвые.

— Ты права.

— Лер, а ты говорила Эрилу о своих чувствах?

— Да.

— И что он ответил?

— Что мне показалось, — я произнесла скованно.

— Значит, показалась, — подбодрила меня волчица.

— Да, — я согласилась на автомате и вновь погрузилась в свои мысли. — Миа, — окликнула девушку, — а ты не знаешь, когда вернется Адам?

— Представление не имею. Он не тот оборотень, который всех посвящает в свои планы. А если так скоропалительно принял решение уехать, у него была на то причина. А зачем он тебе? — Возможно, мне показалось, но девушка заинтересованно ждала ответа.

— Когда он вернется, я буду, как и раньше, видеться с Эрилом.

— А-а-а. — Миа звонко расхохоталась и приобняла меня за плечи. — Очень хитро с твоей стороны. Адам вернется к своим обязанностям, а у Эрила будет больше времени на семью. Класс. Действительно хороший план.

— Ты ведь так не думаешь, да?

— Неважно, что я думаю, ведь тебе нужна поддержка. — Волчица обернулась, прислушалась. — Ты удивительно везучая, Лер. Если я не ошиблась, то только что автомобиль старшего Лесмана въехал на территорию.

— Я… да? — спросила оторопело. В каждую нашу встречу с Адамом я себя чувствую нашкодившей школьницей перед директором. Совершенно невозможно совладать со своими эмоциями при хмуром оборотне. — Не думаю, что нам стоит его отвлекать, он же только вернулся после долгого отсутствия.

— Так мы не будем напрашиваться в гости, глянем он или не он.

— У старшего брата Эрила такая тяжелая энергетика.

— Да? А я никогда не замечала.

— Его присутствие заставляет чувствовать меня виноватой в чем-то, — я совсем разоткровенничалась. — Он так смотрит, словно читает мои мысли и осуждает за них.

— Ого, тебя послушать, так Адам — чудовище.

— Нет, я этого не говорила, но… легким человеком его не назвать.