Чёрное пламя: из пепла ночи

Что-то не давало ей этого сделать. Не пускало её к двери, не давало команду двигаться ногам и рукам. Тело Аманды совершенно не слушалось, мозг нормально не функционировал, а глаза не хотели закрываться.

Девушке казалось, будто если парень не выживет, они окажутся в большой опасности. Только один его вид напоминает ей о лесе и нечто, то гналось за ней до самого ручья. Весь бледный, с белыми глазами и такой смиренный, будто лежащий труп в гробу Маклауд вызывал смешанные чувства, одним из которых являлся страх.

Страх того, что «Она» это то, что она видела своими глазами и от чего пыталась убежать.

Аманда никогда не отличалась хорошей интуицией или чуйкой на предстоящее будущее, ждущее её не за горами. Плывя по течению, она принимала всё, что вставало на её пути, считая, что так и должно быть. Девушка ничего не меняла, считая это привилегией настоящих ведьм, которые стремятся прожить более долгую и удачную жизнь, не попадаясь при этом охотникам. К тому же это её не касалось, не так ли? Ведь какой здравомыслящий охотник будет охотиться на ведьму-неумеху? Это не вяжется с их уставом, не входит в рамки приличия, они не воспринимают таких всерьёз, предпочитая называть ведьм без магии – Inutilis, по-другому – Унит, бесполезка.

Но сейчас что-то ей подсказывало, что их дела плохи. Они точно на корабле, который плывёт без навигатора и, если они не помогут утопающему – они могут не выжить. И эта мысль пугала Аманду, вгоняла в крайний ступор, лишая возможности думать здраво и хоть немного мудро (хотя откуда?).

- Ты чего творишь? – зашипев словно кошка перед нападением, Нина ухватилась за локоть Аманды, оттаскивая ту назад, - Совсем крышу снесло?

- Что? – распахнув свои голубые глаза, девушка уставилась на свою руку, что секундой ранее касалась Маклауда.

Стоун даже не заметила, как подошла ближе. Пока все отвлеклись на директрису, что стояла у самых дверей, Аманда присела на корточки, касаясь руки парня. Проводя кончиками пальцев по его ладони, она стала медленно вести дальше вдоль вены до плеча, останавливаясь около ключицы.

Не ведая того, она вдруг с нажимом нажала на выпирающую кость, сдавливая ту в плоть. То, что должно было оказаться под пальцем вдруг зашевелилось, точно живое, заметавшись под кожей. Разливаясь тёмно синем пятном под пальцами, оно вдруг замерло, сгущаясь в одном месте, над костью.

Когда Нина грубо отдёрнула девушку назад, от чего та глухо упала на пол, пятно начало расширяться.