Талисман для лорда Тьмы

– Какого ритуала? – снова спросила я.

Так уж вышло, что мне оставалось только это и делать, так как я не особо понимала, что вообще происходит.

– Сложного и редкого, – выдал патетично тот и руками махнул.

Показались худые руки с длинными пальцами музыканта. На среднем пальце блеснуло кольцо с белым камешком. А ещё множество ран. Хм...

– И запрещённого, – договорила я.

Мужчина, который явно хотел что-то ещё сказать, подавился и закашлялся. Эх, вот бы он посильнее подергался, авось капюшон бы упал, и я смогла лицезреть лицо своего похитителя.

– Ты ненормальная.

– Вы не первый, кто так меня называет.

Похититель ходил по комнате и осуществлял какие-то манипуляции. Подошёл к шкафу, достал из неё разные порошочки, сложил их на стол, потом снова вернулся к шкафу, ещё взял что-то, притащил, выставил их в определённом порядке, начал что-то смешивать, кидать в котелок, что стоял рядом.

– Интересно, почему? – с сарказмом спросил мужчина.

Ответ ему явно не требовался, потому что он сам же и начал отвечать.

– За то время, что я провел в твоём мире, следя за тобой, понял, что даже там ты являешься белой вороной. Потому и сидела дома постоянно. Люди тебя не любят.

То есть он за мной следил? Уверена, скучное зрелище лицезрел, потому что я действительно почти все время проводила дома, лишь изредка выходя, чтобы сходить в магазин.

В учебное время, кстати, моё времяпрепровождение не сильно отличается. Ещё университет добавляется ко всему этому, в котором я ныкаюсь по углам.

– У нас это взаимно, – заметила я, внимательно наблюдая за тем, как мужчина что-то рисует на полу мелком.

Похититель остановился, задрал голову, посмотрел на меня, а потом снова опустил голову и продолжил чертить дальше.

– Белая ворона, – пробормотал себе он под нос.

Ну, на самом деле, это сравнение было не очень далеко от истины. Единственное, я бы назвала себя не белой вороной, а черно-белой.

– Я чуть жизни не лишился, пока пытался тебя сюда переместить. Меня, между прочим, действительно потрепали собаки, а потом ещё и от детей этих ваших досталось.

Мужчина продолжал жаловаться мне, а я слушала, слушала, а потом, когда тот наконец замолчал, спросила:

– Что за зверь лежит в другом круге? – внимание моё полностью было отдано диковинной зверушке, сейчас пребывающую в бессознанке.

Мужчина снова остановился, снова посмотрел на меня. Пытливо, предполагаю.