Академия Моримэр. Мой несносный дракон

Точнее, я видела, как шевелятся усы и приоткрывается рот животного, но все это казалось таким нереалистичным, что мой ум отказывался признавать сей факт.

— Наконец-то, — с раздражением бросил драконистый хам и вышел из пентаграммы.

Я пожелала ему прищемить свои белоснежные космы дверью, но увы, чуда не произошло. Адепт Леман беспрепятственно покинул аудиторию, не удостоив меня даже прощальным взглядом.

— Профессор Уникус, пожалуйста, проводите это юное дарование в мой кабинет. А мы с госпожой Рорией попробуем уладить дела с пограничниками.

Спасибо, коллеги, за внимание, ваша консультация, к счастью, сегодня не пригодилась, — поблагодарила выдра, и все маги чинно удалились.

Я продолжала еще какое-то время ошарашенно смотреть вслед пушистому ректору Моримэра.

— Вы идете? — недовольно пробурчал профессор Уникус, придерживая дверь в аудиторию.

— Да-да, — спохватилась я и поспешила за ним.

Вот-вот должна была решиться моя судьба. Погруженная в свои мысли и переживания, я едва различала, куда иду, следуя за черной развевающейся мантией преподавателя.

Под мышкой левой руки я прижимала к себе миниатюрный портрет и учебник. Правую руку оттягивал саквояж, его пришлось прихватить с собой. Я так растерялась, что совсем забыла о простейшем заклятии перемещения предметов и вспомнила о нем, только когда оказалась в кабинете ректора.

— Ждите здесь, — скомандовал профессор Уникус, указав на свободный стул напротив широкого письменного стола.

— Спасибо, — едва успела сказать я, как он ушел, громко хлопнув дверью.

Мда, наше знакомство явно не задалось, и оставалось только надеяться, что Уникус не ведет занятия у первого курса.

Поставив на пол саквояж, я перевела дыхание. Удивительно, но в кабинете ректора было… уютно. Просторное помещение заливало светом из арочных окон. Напротив располагались стеллажи с книгами. Свободное место на полках занимали самые разные статуэтки, награды и даже несколько экземпляров окаменелостей. В самом сердце кабинета стоял массивный стол, на котором в полнейшем беспорядке громоздились кучи бумаг, чашка с недопитым кофе и обглоданная рыбья голова, заботливо положенная на газетку.

От ее вида меня передернуло. Интересно, что же такого приключилось с ректором, что он (или, возможно, она) превратился в выдру?

Больше не тратя время на разглядывание обстановки, я вытащила из саквояжа запасную пару туфель. Образовалось немного свободного пространства как раз для книги с семейным портретом. Застегнув замочки, я быстро обулась.