С точки зрения прогрессии.

Это случалось довольно часто, не смотря на то, что ложе под бархатным балдахином могло легко вместить восьмерых, коней в упряжке.

- Что надо? – Неприветливо буркнул Тин старой грымзе, зачем –то посетившей его предрассветный сон.

- Мне нужно серьёзно с тобой поговорить, просыпайся. – Вполне реально прозвучал ворчливый голос, мотнув подолом ночной сорочки. – И прекрати пялиться на мои щиколотки, я уже давно не в том возрасте, кхе –кхе.

Что ж, это было правдой, поэтому Тин молча поднялся и увидел вместо тапок седую макушку в районе пояса.

- Что надо, говорю? – Она так привыкла сорить словами, что долго недоверчиво молчала, ожидая ещё какой –то фразы. Только Бьорн считал, это ни к чему, иначе проще лечь досыпать.

- Ты должен изгнать Брунгхильду из города, а лучше из королевства, и никогда сюда не впускать.

- Это чего ещё?! – Взбеленился викинг, таки проснувшись всерьёз от такой новости.

Бэт внимательно прищурилась, усмехнулась в своей самой мерзкой манере, и выдала: - Потому что она совратила правителя Вельзела, и Таш переживает о наличии незаконных наследников!

- Врёшь! – Изумился он, сам не понимая от чего.

- А ты вниз спустись, погляди… - Гадалка отвернулась к зашторенному окну, и тихо призналась: - Брунгхильде служит Джинн, как думаешь, что может пожелать женщина из твоего племени?

Бьорн откровенно зевнул, таки укладываясь обратно.

- Ошибаешься, - мрачно изрекла старая крокодилица, и жутким голосом продолжила: - Она пожелала великой битвы с Великим злом, сотни невинных горожан находятся из –за неё в опасности, ты понимаешь?

- Я-то тут при чём? – Неподдельно разозлившись, Судья повернулся на бок и уставился бабке в глаза: - Я НЕ БУДУ судить невинного человека, ТОЧКА!

Огорченная старушка засеменила прочь, и перед тем, как прощально скрипнуть дверью, задумчиво обронила:

- Как хочешь, только вспомни откуда у тебя взялась привилегия Судить.

Тин Бьорн спустился в гостиную, где стоял полезный шкаф с хмельными напитками, как бишь его.. бар. В молочно – сером озарении утра, царящий на облитом вином столе бардак больно напомнил о неприятном рабском прошлом. Их, рабов, часто держали как свиней, ну а сейчас ему нравится быть господином.