Неправильная Золушка

Вспомни старую легенду про мага, что отдал свою жизнь стихии и стал духом-хранителем определенного места. Я писал тебе об этой сказке в предыдущих письмах. Впрочем, как и обо всем остальном.

Я верю в тебя, брат мой. И я желаю тебе, чтобы когда-нибудь ты смог полюбить так же сильно, как и я. Любовь – вот та сила, что разрушает любые преграды. Ей неподвластно время и пространство. Любовь – это то, ради чего стоило жить…»

Смяв листок, от бессилия испепелил его Тьмой. Любовь… Она сгубила тебя, Драйян. Она сгубила моих родителей.

Себе я такой роскоши не позволю.

Я выходил из дворца совершенно спокойно. Меня толком и не замечали, потому что абсолютно всех сейчас волновало представление, которое устроила наследная принцесса Реверонга. Она играючи разбила корабли Дамиана своей стихией, и теперь у них ни единого способа попасть на этот остров. Защитная полоса, выстроенная, словно стена, барьер, не даст им переместиться к берегу, а выкинет прямо посреди моря. Нет, конечно, они попытаются найти дыры и переместиться настолько близко, насколько это возможно, но к тому времени я уже выброшу кристалл и усилю защиту.

Да, я собирался воспользоваться тем шансом, что вручил мне Драйян. Здесь, в Шагдарахе, в новой империи, что будет построена на костях четырех королевств, для меня точно нет места. Правление Дамиана, этого жестокого зверя, утопит империю в крови. Мальчишка не готов к тому, чтобы принять на себя такую ответственность. Власть слишком сильно опьяняет его. Что уж говорить о законах, которые он никогда не чтил и не собирался соблюдать?

Спешно выбравшись из дворца, почти бегом направлялся к постройке, что стояла серым пятном в самой дальней части королевского сада.

Несколько лет назад Драйян отвоевал у короля это строение под личное пользование своих гвардейцев. Многие впоследствии переселились в город и приобрели себе особняки, но я до сих пор предпочитал жить именно там, поближе к дворцу, чтобы не тратить время на перенос в случае чего. Там хранились все мои немногочисленные вещи, которые я наскоро забрасывал в наплечный мешок.

Бежал. Бежал по вытоптанным дорожкам, насколько возможно сокращая путь до восточной башни, но еще издалека увидел сражение, что велось не на жизнь, а на смерть. Мои подчиненные стояли полукругом и держали строй, загораживая собой свои семьи, тогда как на них опасно наступали гвардейцы Его Высочества.

Они не давали отдохнуть им ни секунды, совершая выпад за выпадом.