Принцесса под прикрытием. Восьмой дракон

И набежит туча императорских магов с отрядами «теней» - последнее, что им сейчас нужно.

Как только все распоряжения были отданы, Бейли направилась к лошадям. Так уже хотелось оказаться подальше от этого лорда Хатора, просто зудело все. Но, видимо, не судьба.

Стоило отвернуться, как тут же его дыхание у самого уха и низкий рокочущий голос:

- Позвольте подержать вам стремя, леди?

По шее побежали мурашки. Тигрице показалось, что шерсть на загривке дыбом встала. Бейли даже растерялась на миг, но помощь подоспела нежданно.

С другой стороны рядом с ней уже стоял Гримао, привычным жестом сложив вместе ладони, чтобы ее подсадить. С облегчением взглянув на наемника, Бейли сказала, не оборачиваясь к Хатору:

- Благодарю, но у меня уже есть стремянной, - и вскочила в седло.

Гримао расцвел улыбкой и приосанился, обозначая свои границы. И бросил на дракона победный взгляд. Хатор презрительно хмыкнул, отойдя в сторону. Вот еще с наемниками он авторитетом не мерился. Делать нечего! Все равно этот наемник ему не соперник.

Кошечка показывает коготки? Ничего, пусть посопротивляется, так даже интереснее. И в голове у дракона сами собой возникли картины изящной мести, настолько сладкой, что он непроизвольно облизнулся.

***

А у Берта все это время язык чесался расспросить Бейли, как ей удалось ускользнуть из-под теплого императорского крылышка, но он уважал желание женщины молчать об этом. Сама расскажет, если захочет.

Давно понял, что Бейли - самая настоящая дикая кошка. Страшная в своей силе, умная и свободная.

Однако невозможно было не заметить, что лорд Хатор сделал на нее стойку. Они с Таном оценили это еще в харчевне. А вот это было интересно!

И, похоже, на их глазах скоро начнет разыгрываться «битва титанов».

Во всяком случае, первый раунд только что состоялся.

Берту было ужасно жаль, что он не увидит продолжения. Потому что сейчас их пути на время расходились.

Откровенно говоря, сам момент знакомства с тестем его здорово смущал. Потому что в последний раз он оказался в подобной ситуации больше двадцати лет назад. И перед Деметриосом Ванлертом, отцом Вильгельмины, Филберт предстал в крайне невыгодном свете. Все давно в прошлом, но осадок остался.