Питомник. Дейция вольная

Это для деревенских Дэя нормально выглядит, а по меркам аристократов она из канавы вылезла.

Почтовые кареты ездят очень редко и они обычно забиты так, что туда не влезть. Да ещё и заплатить придётся.

В общем, как-то не складывалось у Дэи радостное путешествие.

Да ещё и голод откуда-то взялся.

Прежде она никогда не испытывала голода и вообще плохо понимала, что это такое. Бывало, конечно, что обед или ужин задерживался, но чтобы его просто отменили — такого не бывало. С любой задержкой Дэя знала, что вскоре получит еду.

Сейчас такого не было. Она не знала, когда в следующий раз поест.

Кроме того, в Питомнике в любой момент можно было перекусить ароматным яблоком, которые хранились подвале или солёным сухариком из большой зелёной миски на кухне, но здесь еды просто не было. Не было — и всё!

Дэи это не нравилось.

Может, в деревню какую-нибудь зайти за едой? За свежим хлебушком... мёдом и молоком?

Желудок при всём перечисленном свело. Может, и придётся зайти. Может, не только за едой, а и за ночлегом.

Только деревни на горизонте тоже не было.

И вот Дэя шла-шла, и вдруг увидела прямо в поле у дороги обозы. Они съехали с дороги на ровный участок у леса и остановились на привал. В лагере горел большой костёр и громко смеялись. И хотя обозы и крытые повозки поставили так, чтобы они загораживали обзор, Дэя разглядела яркие пятна одежды.

Кажется, этот караван ей подойдёт.

Дэя сошла на траву и, дружелюбно улыбаясь, направилась к костру. Ей было немного не по себе, она не привыкла просить помощи у большого количества людей, но куда деваться? Есть хотелось жутко. До деревни неизвестно сколько. До ночлега вообще страшно подумать сколько! А тут костёр. И он всё ближе. Вокруг него на лавках сидели мужчины, а вокруг них суетились женщины в красивых ярких платьях. Дэя ещё таких не видела. Прямо словно краски разлили — и алый, и розовый, и чёрный.

Чтобы подойти к костру, нужно было обойти ещё одну повозку — настоящий домик на колёсах, с деревянными стенами и окошками, занавешенными плотными яркими шторами. А на стенах повозки были нарисованы цветы. Очень красивые, такие же броские, как одежда женщин.

Так вот, как только Дэя подошла к повозке, из неё степенным шагом вышла женщина. Дэя смотрела вперёд и заметила её не сразу, а уже когда почти врезалась в дородное белое тело.